Девушку пугал бешеный ритм жизни Пола, и все же она приняла его предложение выйти за него замуж, и через десять месяцев молодые обвенчались. Приближались выпускные экзамены, поэтому о медовом месяце не могло быть и речи. Пол пообещал жене, что после окончания школы они куда-нибудь выберутся, однако поехать никуда не удалось. Через год родился их сын Марк, но Пол почти не подходил к ребенку, не менял пеленки и не укачивал перед сном.
Он по-прежнему целые дни был занят учебой, штудируя физиологию, сражаясь с химическими уравнениями и с блеском сдавая один экзамен за другим.
Он стал лучшим выпускником и через три года перевез семью в Балтимор, куда его пригласили на работу в клинику Джона Хопкинса.
К тому времени Пол уже понял, что именно хирургия – его призвание. В других специальностях необходимы красноречие и обаяние. У Пола не было ни того, ни другого. В хирургии же все обстоит иначе: опыт врача интересует больных гораздо больше, чем умение общаться, а у доктора Фланнера хватало уверенности, чтобы побороть страх перед операцией, и опыта, чтобы сделать то, что от него требовалось.
Дела стремительно пошли в гору. Два последних года в ординатуре Пол работал по девяносто часов в неделю, хотя, как ни странно, усталости не чувствовал.
После ординатуры Фланнер вступил в общество специалистов по челюстно-лицевой хирургии и перевез семью в Роли, где на паях с другим доктором купил практику. Переезд совпал с периодом бурного роста населения города. Пол был единственным врачом такого класса в округе, и число его пациентов быстро увеличивалось.
В тридцать четыре он выплатил кредит за обучение в медицинской школе, а в тридцать шесть уже активно сотрудничал со всеми крупными больницами округа и медицинским центром Университета Северной Каролины. В медицинской клинике он вместе с докторами из центра Майо участвовал в проекте по изучению нейрофибр. Через год в «Медицинском вестнике Новой Англии» появилась статья доктора Фланнера, посвященная исправлению расщепленного нёба, а еще через четыре месяца – статья о гемангиомах, открывшая новый способ их устранения у детей.
Профессиональный авторитет Пола рос, а после успешной операции, которую он сделал дочери сенатора Нортона, пострадавшей в автомобильной катастрофе, его фотографию напечатали на обложке «Уоллстрит джорнал».
В дополнение к реабилитационным операциям Пол одним из первых в Северной Каролине занялся пластической хирургией, предвидя ее огромный потенциал.
