Иногда ему страстно хотелось позвонить Марку, но он так и не сумел преодолеть собственную гордость. От жены Фланнер знал, что с сыном все в порядке. Марк решил стать семейным доктором и, проучившись несколько месяцев, уехал из страны работать в благотворительной организации. Как благородно! Однако Пол был уверен, что парень сделал это, желая оказаться подальше от него.
Через две недели после отъезда сына Марта подала на развод.
Если слова Марка были как удар ниже пояса, то решение жены больше напоминало холодный душ.
Пол попытался поговорить с ней, но она и слушать ничего не хотела.
– Разве я тебе нужна? – спросила Марта. – Мы стали совсем чужими.
– Я могу измениться, – растерянно ответил Пол.
– Конечно, можешь, – улыбнулась она. – Только ты должен сделать это по собственному желанию, а не под моим давлением.
Следующие две недели Пол прожил как в тумане. А еще через месяц после плановой операции умерла шестидесятидвухлетняя Джилл Торрельсон из Роданте, Северная Каролина.
Это ужасное событие стало началом конца, первой искрой пламени, в котором сгорело прошлое Пола Фланнера.
Допив кофе, Пол снова сел за руль и через сорок пять минут прибыл в Морхед-Сити. Затем он пересек мост через Бофор и направился на восток, к Кедровому острову.
Прибрежная долина поражала мирной красотой, и Пол снизил скорость, чтобы растянуть удовольствие. Жизнь здесь текла совершенно по иному руслу. Ехавшие навстречу люди приветливо ему махали, а старики, чинно сидевшие у заправки, казались весьма довольными собой и всем происходящим.
В полдень Фланнер уже плыл на пароме к Оркароку, деревушке у южной оконечности Дальней Отмели. Кроме «тойоты» Пола, на пароме было еще четыре машины, и за два часа путешествия он встретил всего несколько попутчиков. Переночевав в таверне Оркарока, Пол проснулся с первыми лучами солнца, быстро позавтракал и отправился гулять по деревне. Местные жители готовили дома к приближению шторма.
Нагулявшись, Пол побросал сумки в машину и двинулся на северо-восток, к месту назначения.
Дальняя Отмель казалась странной и таинственной. Поросшие травой дюны и склонившиеся к воде дубы делали пейзаж совершенно особенным. Когда-то на острове отсутствовали элементарные коммуникации, и местным жителям приходилось добираться домой пешком через дюны. Но в середине пятидесятых построили дорогу, и сейчас следы шин виднелись у самой воды.
Небо немного расчистилось, облака быстро неслись к горизонту, и сквозь них проглядывало солнце, ярко озарявшее дюны.
