Ночная

И даже если сделать скидку на тренировочный меч, удар такой силы по горлу…

Я зажала себе рот, давя рвущийся наружу испуганный писк и отлично понимая: что бы ни произошло сейчас, я все равно не успею ничего сделать.

Удар пришелся чуть ниже ключиц и отшвырнул Рэвена на пол, выбив странный сдавленный звук.

Нахцерер был тангаррцем — пожалуй, на полголовы ниже дюжего лейтенанта, — и движение явно рассчитывалось на куда менее габаритного противника. А Рэвену непомерно длинные ноги вполне позволяли дотянуться до лодыжки Раинера и от души пнуть, выигрывая время.

— Хорош, — повторил Эйден, и в его голосе скользнули мечтательные нотки.

Лейтенант и храмовник, тоже рухнувший на пол, смотрели друг на друга уже иначе. Не с холодным расчетом — а с азартным, мстительным огоньком в глазах.

Мгновение — и они снова на ногах, тяжело дышащие и разгоряченные. Рэвен прокрутил меч в руке, выдавая, что третий выпад храмовника не прошел для него даром, и решительно встряхнулся.

Они заговорили одновременно — и одновременно же рассмеялись, как-то зло и азартно.

- Магия и пение? — предложил лейтенант.

А Раинер — прибью паршивца — охотно кивнул. Эйден, напротив, разочарованно откинулся спиной на стену.

- У меня и Вера… в смысле, герцога Эверарда, моего старшего брата, нет магического дара, — пояснил он мне в ответ на удивленный взгляд. — А кузенам Рэвену и Оберону передался от матери, поэтому поединки меча и магии — их личное развлечение. Мы, скорее всего, и не рассмотрим ничего.

Я мрачно кивнула, соглашаясь.

Раинер начал петь еще до того, как сделал первый шаг. Судя по раздосадованному лицу Рэвена, тот тоже планировал сначала прибегнуть к магии, а уж потом размахивать мечом.

А судя по вытянувшейся физиономии лорда Эйдена, он внезапно открыл для себя новую грань в боях меча и магии. Сугубо акустическую.

Литания была все та же — я даже начала запоминать слова; но сегодня что-то было иначе. Казалось, если присмотреться, станет заметна вибрация воздуха вокруг храмовника.

А потом, улучив момент, замысловато взмахнул рукой — и прервавшего литанию Раинера смело с ног и бодро протащило до противоположной стены.

Тренировочный зал, где происходили подобные поединки, разумеется, был зачарован. Стенам полагалось мягко спружинить, не давая человеку удариться.

Но защитного заклятия на месте не оказалось.