Ночная

- Не факт, что храму есть за что тебе платить, — резко возразил Раинер — и окно вмиг погасло.

Глава 12 Ведьма и профессор

Сложнее всего почему-то оказалось не шагнуть в портал в старую хижину бокора на Тангарре — а надеть старое платье, выданное еще в храме. Я казалась себе змеей, которая пытается втиснуться в сброшенную кожу — но все же справилась и с этим.

Зато Раинер обрадовался своей идиотской укороченной рясе и мешковатым штанам, как родным, и немедленно стребовал назад освященный клинок. На фоне лейтенантов Гейб храмовник напоминал чрезвычайно неудачливого разбойника с большой дороги, пока королевские внуки не раскопали в хранилищах маскарадные костюмы жителей Тангарры.

Теперь разбойников напоминали все трое, хотя холщовые рубахи с натуральной окраской на Ирейе, должно быть, стоили немногим меньше парадных мундиров МагПро. Я постаралась отделаться от ассоциаций с маркитанткой при бандитской шайке и дисциплинированно вывалилась из сплетенного Обероном портала прямо под ноги мертвецу.

Зомби невозмутимо переступил через меня, обошел подрагивающее пятно телепорта и заскрипел ступеньками на мансардный этаж, чтобы отнести покойному колдуну давным-давно не нужный ему ужин.

Я проводила мертвеца взглядом, задавила запоздавший всхлип и поспешно откатилась в сторону. Раинер словно специально ждал этого момента, чтобы выпрыгнуть из портала и мягко спружинить на полусогнутых ногах, восстанавливая равновесие.

Наверху что-то звучно грохнуло, выбив вниз старую труху, зазвенела разбитая посуда, и только какая-то неугомонная уцелевшая тарелка шумно вращалась на месте еще несколько секунд.

- Кажется, ты расколдовал зомби, — растерянно сообщила я с пола.

- Оно и к лучшему, — пожал плечами храмовник.

Раинер обернулся — и задавил все напрашивающиеся на язык ругательства, потому как над полом уже медленно собирался сгусток темноты, обещающий развернуться в зеркало нового портала. Вскоре из него шагнул Рэвен — и тут же высказал все, что оставил при себе храмовник.

Подать мне руку, помогая подняться, догадался только Оберон.

Утренние события стряхнули с него всю привычную сонливость, и он деловито, не отвлекаясь ни на ругающегося брата, ни на огрызающегося храмовника, достал из-за пазухи тонкий шелковый платок. Поискового заклинания я не почуяла, но, судя по досадливой гримасе, неизвестный похититель по-прежнему держал над Эмори щит — и вблизи тот действовал не хуже, чем на расстоянии в три с лишним парсека.

- Кажется, щит хелльский, — удивленно сказал Оберон.