Ночная

Я судорожно втянула в себя воздух, не зная, как реагировать и что говорить, и зачем-то отыскала Рэвена глазами. Он уже стоял в стороне, церемонно отставив локоть, на который опиралась леди Шейли.

И ее взгляд — сытый, умиротворенный взгляд хищницы, наконец-то вцепившейся всеми клыками и когтями в вожделенную добычу, — напугал меня всего за мгновение до того, как над дворцовым парком грянул выстрел, оборвавший на полуслове речь Его Величества — и мой вздох.

Наверное, мне в чем-то мне даже повезло. Я не успела понять, в кого и откуда стреляли.

Очнулась я от деловитого совета, произнесенного с характерной интонацией в духе «пациенты-идиоты-и-с-ними-нужно-быть-терпеливее»:

- Надень на своего тангаррца намордник.

- Он не мой, — рассеянно возразил Оберон.

- Это никак не влияет на то, что ему нельзя раскрывать рот, — флегматично отозвался незнакомый целитель. — Или ты надеваешь на него намордник, или его перестают пускать в отделение.

А его пускали? Стоп… отделение!

Я все-таки разлепила веки. Тут же сощурилась из-за слишком яркого света, но успела разглядеть печально знакомый белый потолок и скорбного Оберона, которому не дали прикорнуть на стуле для посетителей.

Надо же. И трех дней не прошло, как я вернулась в королевский госпиталь…

- Не дергайся, — посоветовал Оберон, когда я попыталась сесть и зашипела от резкой боли в плече. — Ты ранена.

Это я уже успела понять — с несколько излишней наглядностью и отчетливостью.

- Мастер Паншилл уже сплел заживляющее заклинание, — встретив полный недоумения взгляд, покорно просветил меня Оберон. — Даже трижды, потому как Раинер побывал здесь уже два раза, болтун демонов… но рукой пока лучше не двигать и вообще не шевелиться лишний раз.

Двинуть рукой и так не вышло бы: кокон заклинания опутывал ее от кончиков пальцев до самого плеча, частично забираясь на ключицу. Плетение было такое плотное, что я видела его безо всякого магического дара, и по своему куцему опыту работы могла заключить, что досталось мне знатно.

- Кости?.. — хрипло каркнула я и была вознаграждена стаканом-непроливайкой.

- Все должно зажить в течение нескольких дней, — не поддался Оберон. — Мастер Паншилл свое дело знает.

Это я и так видела.