Ночная смена

Он вежливо улыбнулся в ответ.

– Нет, правда. Так странно, что из всех моих знакомых здесь появился именно ты… Мне казалось, я никого не хочу видеть. А вот тебя я видеть рада, Эд. Честно.

– Иногда хорошо оказаться рядом с кем-то посторонним.

– Наверное. – Она помолчала. – А кто ты вообще, Эд? Не считая, конечно, того, что ты мой добрый ангел. Кто ты на самом деле? – Ей вдруг почему-то стало очень важно это узнать.

– Да как тебе сказать… – пожал плечами он. – Просто один из тех чудиков, которых встречаешь в студенческом городке с кипой книг под мышкой…

– Эд, ты – не чудик.

– Еще какой чудик! – возразил он и улыбнулся. – Так и не избавился от подростковых прыщей, студенческие братства никогда не пытались заполучить меня в свои ряды, я всегда сторонился всяких тусовок и вечеринок. Типичная книжная крыса, грызущая гранит науки. Когда следующей весной крупные корпорации начнут искать новых сотрудников среди выпускников, я, наверное, подпишу с какой-нибудь контракт и исчезну из твоей жизни навеки.

– И тебе не стыдно так говорить? – с мягким укором спросила она.

Он улыбнулся, но улыбка вышла какой-то вымученной.

– А родители? – спросила она. – Где ты живешь, что любишь делать?..

– Расскажу как-нибудь в другой раз, – пообещал он. – А сейчас я отвезу тебя домой. Завтра тебе предстоит долгий и утомительный перелет, и еще многое надо успеть сделать.

В тот вечер впервые после смерти Тони она почувствовала себя лучше, успокоилась, и ей уже не казалось, что где-то внутри продолжает заводиться пружина, которая рано или поздно обязательно лопнет.

Ей не давали покоя разные мысли.

Но Элис проводила лето в Киттери, а до Скоухегана оттуда восемьдесят миль. Наверное, она приезжала в Лейквуд посмотреть пьесу.

«Шевроле-корветт» был последней модели. Очень дорогой. На зарплату рабочего сцены в Лейквуде такую не купишь. Богатые родители?

Эд заказал именно то, что она заказала бы сама. Может, это было единственным блюдом в меню, которое позволило ей ощутить чувство голода.

Он знал, что она уезжала домой, потому что она сама рассказала об этом. Но с чего он взял, что она полетит на самолете? И что перелет долгий?

Все это беспокоило ее. Беспокоило еще и потому, что появилось отчетливое чувство: она начинает в него влюбляться.

Эти слова, произнесенные при знакомстве размеренным тоном капитана подлодки, отмерявшего глубину погружения, продолжали крутиться в голове, когда сон наконец взял свое.