Ночные желания

Но даже сейчас граф не стал ее целовать, хотя она этого страстно желала. Он только слегка коснулся губами ее губ, щеки, виска, затем зарылся в ее волосы.

— Я хочу, чтобы эту ночь ты запомнила как самую лучшую, — тихо произнес он.

Она будет самой лучшей, Мадлен знала это, наслаждаясь его низким голосом, проникающим ей прямо в сердце. Ее охватила дрожь предвкушения блаженства. Ее тело томилось от ожидания Рейна, его любви. Ей безумно хотелось ощутить его сильные руки, сжимающие ее в объятии, хотелось раствориться в нем.

Но он явно был настроен не спешить, растягивая секунды удовольствия.

Ленивым движением он преодолел последнее расстояние, отделявшее их друг от друга, придвинувшись к ней вплотную. Чувствуя его теплую голую кожу своей, Мадлен затаила дыхание. Затем он прижал ее к себе еще плотнее, вдавливая в горячую твердость своего тела.

Сладостные ощущения от его объятия — от крепких мускулов, от набухшего члена, возбуждающе упершегося в ее живот, — обострили ее вожделение еще прежде, чем Рейн, лаская, обхватил ладонями ее груди.

Мадлен простонала и инстинктивно подалась вперед, прижимая грудь к его ищущим ладоням.

— Такие сладкие, — прошептал он хрипло ей на ухо. — Такие прекрасные.

Она издала еще один слабый стон удовольствия, откидывая голову назад, чтобы полнее отдаться его поцелую.

Большие пальцы Рейна совершали круговые движения, от которых ее соски пылали от возбуждения, при этом он опять склонился, покрывая жаркими поцелуями ее выгнутую шею и двигаясь вниз.

Она стонала, схватившись руками за его плечи. А его губы тем временем приблизились к ее твердому соску и захватили его в жадный плен, истязая прикосновениями бархатисто-грубого языка.

Ощущения, заполонившие ее, были такими ослепительно яркими, что у Мадлен подкашивались ноги.

Рейн еще какое-то время уделял внимание ее груди, посасывая, покусывая и приводя во все большее возбуждение.

Жар и жажда наполняли ее пульсирующими волнами. Мадлен нуждалась в нем, чтобы утешить сладкую боль у себя между ногами, в своих трепещущих грудях.

Она чуть не закричала от радости, когда он приподнял ее и заключил свои бедра в кольцо ее ног.

Рейн отнес ее к кровати, где опустил на шелковые простыни и лег на нее.