Ночные желания

Однажды, мне тогда было одиннадцать, я встретил оборванца примерно моих лет, которого булочник поймал с поличным на воровстве хлеба. Его бы повесили или отправили на каторгу за такой, как я считал, незначительный проступок, и я отвлек внимание булочника, чтобы парень мог сбежать. Мы с ним быстро сдружились.

Глаза Мадлен светились интересом.

— Полагаю, в вашей семье были не в восторге от такого знакомства.

Рейн кивнул, ухмыльнувшись.

— Мои родственники мало интересовались, как я провожу свой досуг. Но когда они узнали, с какими подонками я якшаюсь, они пришли в ужас.

Мой новый дружок обитал в самых неблагополучных трущобах Лондона. Не имея ни дома, ни семьи, он бродяжничал и подворовывал для пропитания. Я был потрясен, узнав, что люди могут жить в таких условиях, и дал ему денег на пищу и более или менее приличное жилье. Он был благодарен за возможность нормально поесть, но оседлая жизнь его совершенно не привлекала. После стольких лет, проведенных на улице, парень сторонился людей как дикий зверек.

— И как же это-привело вас к шпионской деятельности?

— Чтобы удовлетворить мое любопытство и жажду приключений, новый приятель ввел меня в общество опустившихся на самое дно, по своему интересных людей, и научил необходимым при его образе жизни умениям — воровать по мелочам, незаметно проникать в помещения, уходить от преследования — все это для меня было необычно и увлекательно. А я, в свою очередь, обучил его некоторым обязательным в приличном обществе вещам: правильной речи, чтению, стрельбе и фехтованию, верховой езде.

В то время это было просто забавой, но позже, через годы, эти умения нам очень пригодились. Потом мы вместе работали в Министерстве иностранных дел и дослужились до высоких чинов.

— Получается, вы спасли незнакомцу жизнь, а он за это изменил вашу собственную, — восхищенно произнесла Мадлен.

— Да, и я благодарен судьбе, — признал Рейн. — Иначе стал бы я никчемным денди, не знающим, на что потратить свободное время, и постоянно попадал бы в неприятные ситуации, как Фредди.

Если не хуже.

— Это вряд ли, — прошептала Мадлен. — Вам суждено было другое. Вы — рыцарь без страха и упрека.

Может, оно и так. Благодаря встрече с Уиллом Стоксом Хэвиленд впервые столкнулся с чудовищной нищетой, в которой прозябала большая часть жителей Лондона. Такой несправедливой долей они были обязаны лишь своему недостаточно благородному происхождению. Только тогда Рейн осознал, как ему повезло принадлежать к привилегированному классу.