Ночные желания

Но уже в одиннадцатилетнем возрасте ему стало ясно, что помощь нуждающимся — его долг.

Вслух граф ничего не ответил, лишь слегка пожал плечами.

— Что стало с вашим другом? — спросила Мадлен и добавила, увидев теплую улыбку на его лице: — Что смешного?

— Ирония судьбы: он теперь работает на Боу-стрит, ловит воров.

— Ищейка с Боу-стрит?

— Да, и очень хороший специалист, так как не понаслышке знает воровское ремесло. Но что еще более забавно — он женился на дочери того булочника и у них двое сыновей возраста моих младших племянников.

Весь остаток пути Мадлен не проронила ни слова, раздумывая над услышанным. Она оставалась молчаливой и когда они прибыли в дом графа на Бедфорд-авеню и были встречены в прихожей помощником Рейна Уолтерсом, который выполнял обязанности дворецкого, секретаря, камердинера и вообще был его правой рукой.

Мадлен с большим любопытством рассматривала все, что попадалось ей на глаза, пока они шли сквозь большой дом Хэвиленда. Комнаты были обставлены мебелью, сделанной основательно и просто, скорее, для удобства, а не демонстрации достатка.

Но брови девушки поднялись от удивления, когда они спустились по лестнице для прислуги в задней части дома. За кухнями находилась дверь в винный погреб, а за ним — большое помещение, представляющее собой нечто среднее между гардеробной и костюмерной в театре.

— Никогда не задумывалась об этом раньше, — задумчиво сказала Мадлен. — А ведь шпионам нужны костюмы для различных ролей.

— Да, иногда нужны. Но теперь комната не используется по назначению.

Уолтерс, как того и следовало ожидать, скрупулезно выполнил распоряжения графа.

— Все необходимое для вашей сегодняшней роли лежит на столе, — сказал Рейн.

Он наблюдал, как девушка восхищенно рассматривала приготовленные вещи: кружевную серебристую шаль, обруч с белыми страусиными перьями и пару серебряных гребней для волос.

Рейн помог ей снять плащ и накинуть шаль, затем усадил за туалетный столик и принялся преображать прическу Мадлен по своему усмотрению.

— Как вы овладели искусством перевоплощения? — спросила она, глядя на себя в небольшое овальное зеркальце.

— Учился понемногу у разных актеров.

Он не стал уточнять, что одна из них была его любовницей.

Возвращая внимание Мадлен к предстоящему делу, Рейн посвятил ее в некоторые нюансы биографии вдовы, чтобы она лучше поняла, с кем будет иметь дело.

— Мадам Совиль не является куртизанкой в привычном смысле слова, так как не предлагает услуги открыто.