Чернела земля, ярко зеленели ветви сосен, закутанные в желтые дождевики люди выглядели особыми призраками, которым позволили сновать по земле только дождливым утром. Они бесшумно передвигались с корзинами, какими-то мешками и полевыми инструментами.
Привратник помнил мое имя, и когда я выходил, нашел меня в списке посетителей и поставил галочку.
– Из Токио приехали, да? – спросил он, взглянув на мой адрес. – Мне тоже раз случилось туда съездить. Свинина там вкусная, да?
– Неужели? – не понимая, к чему это, наобум ответил я.
– Из того, что я ел в Токио, мне ничего не понравилось, кроме свинины. Ее там что, как-то особо выращивают?
Я ответил, что ничего об этом не знаю, и вообще впервые слышу.
– Когда это было? В каком году вы ездили в Токио?
– И в самом деле, когда? – наклонил голову старик. – В пору женитьбы наследного принца[33]. Сын жил в Токио и звал хотя бы раз приехать. Вот когда.
– Пожалуй, в ту пору свинина в Токио действительно была вкусной, – сказал я.
– А теперича?
– Не знаю, но ни от кого такого не слышал, – ответил я.
Привратник слегка огорчился. Старик не прочь был поболтать еще, но я сослался на автобус и пошел к дороге. На тропе вдоль реки местами оставались островки тумана, но их подхватывал ветерок и уносил вверх по склону. По пути я несколько раз останавливался, оборачивался и бессмысленно вздыхал. Как будто прилетел на планету с другой силой притяжения. Я вспомнил, что здесь иной мир, и мне стало уныло.
В полпятого я вернулся в общежитие. Оставил в комнате сумку, переоделся и пошел на работу.
С шести и до пол-одиннадцатого продавал пластинки. А в промежутках рассеянно наблюдал за публикой, проходившей перед витриной. Семьи, парочки, пьяные, якудзы, оживленные девицы в коротких юбчонках, парни с хиппейскими бородками, хостессы из баров и другие непонятные люди. Стоило поставить рок, как у магазина собрались хиппи и бездельники – некоторые пританцовывали, кто-то нюхал растворитель, кто-то просто сидел на асфальте. Заиграла пластинка Тони Беннетта – и все они куда-то исчезли.
Рядом с нашим магазином располагалась лавчонка игрушек для взрослых, где мужчина средних лет с сонным видом продавал странные сексуальные приспособления. Я даже представить себе не мог, кому и для чего они нужны, но заведение, судя по виду, процветало. На другой стороне улицы, наискосок от магазина, прямо на дороге блевал перепивший студент, в игровом салоне по другую руку проигрывал в бинго свою зарплату повар из соседнего ресторанчика.
