Вот уже две недели, как Ада старается не выходить из дому, а если все же приходится, то кутается в платок так, что видны только глаза. Она вся покрыта белесовато-зелеными пятнами. На самых крупных проступает змеиная чешуя. Даже темные волосы Ады на висках стали иззелена-седыми.
– Я посмотрю на тебя, – резко говорит Лореада, – когда придет твой черед петь Земные Сны. На кого ты тогда будешь похожа!
Лореана виновато склоняет голову, опускает Геллену на пол и прижимает ее к себе, обняв за шею.
– Не сердись, – с улыбкой просит она.
– Прости нас с Гелле, мы обе дурочки.
– Да, это видно, – хмуро замечает Ада. – Так мы сегодня будем работать или поиграем в салки?
Геллена выпутывается из рук Лореаны и деловито подтягивает чулочки.
– Салки!
Обе старшие сестры смеются.
– Ты же сама упросила нас показать волшебство, – замечает Ада. Она уже сменила гнев на милость. – Что, не будем колдовать?
– Но ты сказала «работать», – недоумевает Геллена. – Разве волшебство – это работа?
– Конечно.
Если это настоящее волшебство.
Геллена хлопает глазами, прозрачно-серыми, как вода в вешнем ручье. Задумавшись, она берется обеими руками за ладонь Лореаны и прижимается к ее юбке.
– Но ведь волшебство, – несмело говорит она, – это… это чудо.
Выпростав ладонь, Лореана гладит ее по золотоволосой головке.
– Если хорошо потрудиться, – отвечает она, – то будет чудо.
…Геллена смотрит настороженно, затаившись, словно зверек. Только что, крепко взяв ее за руки, старшие сестры отвели ее в сторону, к комоду, и велели стоять там, чтобы, упаси Дева, ее не тронуло заклятие.
Геллена стоит послушно и даже не думает шалить: она знает, что может случиться, если заклятие угодит не туда, куда надо. Анна и Ада рассказывали. Когда они упражняются, то часто промахиваются и попадают друг в друга. Но они колдуньи, они справятся, если вдруг врастут в пол или превратятся в болотные огоньки, а Геллена колдовать не умеет. Для нее это очень опасно."
"Сестры опускаются на колени и прижимают ладони к доскам пола, будто собираются его мыть.
Они с родителями еще вчера решили, что лестницу на второй этаж пора укреплять: она давно рассохлась и страшно скрипит, а седьмая ступенька грозит скоро треснуть. Геллена стоит, покусывая пальчик, и вспоминает, кто что сказал тогда. Отец сказал, что заменит доску, вобьет новые гвозди и все проклеит, а мачеха ответила, что ему не стоит лишний раз трудить спину. Пусть лучше Анна и Ада позаботятся об этом.
