Мы не всегда умели следовать твоим советам, но это уже не твоя вина. Городское собрание решило, что преподнесет тебе ленту почетной горожанки, если ты согласишься покинуть лес.
Лореаса выгибает бровь.
– Это ты придумал?
Кодор весело смеется. На его лице становится заметен след от раны, нанесенной вражеским мечом: старый шрам. Двух зубов у него не хватает, хотя остальные крепки, как у молодого.
– Я не настаивал, но они согласились.
Покачав головой, Лореаса замечает:
– Они думают, что я буду оберегать город, живя в нем.
Пожалуй, они правы. Но у нас две дочери, Кодор.
Кодор разводит руками.
– Я столько лет мечтал их увидеть.
– Они в самом дрянном возрасте. Долг обязывает их постигать науку, а изменяющиеся тела уродуют их и портят характеры. А характеры у наших дочерей и без того не сахар.
– Все это естественно, Лореаса. И… я должен сказать тебе еще кое-что.
Лореаса пристально смотрит на него из-под ресниц.
– У меня есть еще одна дочь, – просто говорит Кодор. – Ей всего пять лет. Ее зовут Геллена.
Надеюсь, они подружатся.
Лореаса долго молчит. Потом усмехается:
– Ты забыл сказать: «Девочке нужна мать».
– Девочке нужна мать, – соглашается Кодор.
Лореаса кусает губы.
– Ты не мог сделать худший выбор, – с сердцем говорит она наконец.
– Нет, – уверенно возражает он. – Я не мог сделать лучший.
2– Гелле!
– Я сейчас!
– Иди к нам, скорее!
Быстро-быстро топочут детские ножки. Со второго этажа с визгом слетает, почти не касаясь ногами ступенек, девочка в голубом платье. Платье вышито бабочками, но вышивка уже растрепалась – свисают нитки, одна бабочка-калека однокрыла, от другой остались только желтые усики.
Подол платья чем-то запачкан, а большой, на вырост, подгиб оторвался наполовину и сзади свисает, как маленький шлейф. С шестой ступеньки Геллена прыгает, распахнув руки, будто птичка с ветки. Лореана со смехом ловит ее и кружит в воздухе. Лореада хмурится, хватает сводную сестру за ногу в вязаном чулочке и с укором оглядывает дырку.
– Опять порвала, – ворчит Лореада, – вся обтрепанная ходишь, прах земной.
Твои платья, наверно, не вырастут из травы, Гелле! Мама два вечера шила, а ты…
– А почему не вырастут? – обиженно спрашивает Геллена.
– Потому что ты прах земной!
– Ада, не брюзжи, – весело говорит Анна, – от этого растут бородавки. Ты же не хочешь ходить вся в пупырях, как жаба?
– Жаба! – хихикает Геллена. – В пупырях!
Лореада мрачнеет, словно осенняя туча. Это совсем не смешная шутка. Заклятия Снов Земли не удаются ей.
