Как поется в молитвах: «руды и воды, травы и древа, рыбу и гада, зверя и птицу; солнце и звезды, ярость и нежность, войны и песни…» И рыцарь твой, и его невеста, и их любовь для Девы были бы только ее видением, полностью ей подвластным.
– Тогда я не понимаю. Как можно безответно влюбиться в собственное видение?
– Не в видение.
– Но… – начинает Кодор.
И вдруг умолкает. Несколько минут он остается недвижим. Людская женщина заподозрила бы, что старый муж уснул сидя. Лореаса не смотрит на него, но чувствует, как течет и вздымается его мысль, как рождается под нею догадка.
– Что есть реального для Девы? – наконец произносит Кодор; он размышляет вслух, и Лореаса не отвечает. – Величайшая Любовь в небе, Смертная Явь на земле, начальный тон песни, соединяющий миры, и другие Девы Сновидений…
И приходит молчание.
– Да, – говорит Лореаса наконец. – Это так. Она полюбила другую Деву.
Лесничий озадаченно покачивает головой. Снова вздохнув, Лореаса приподнимается и целует мужа.
– А я любила тебя, Кодор.
Поэтому теперь я всего лишь некромантисса.
– Ну вот, – огорчается Кодор, – выходит, это я виноват.
Лореаса смеется.
– Я ни о чем не жалею. Не волнуйся об этом. Но я думаю о дочерях, – она слегка прикусывает губу и размышляет несколько мгновений. Потом продолжает: – Однажды Лореана и Лореада попытаются стать Девами Сновидений. И я не верю, что у них получится. Мне больно и стыдно оттого, ведь я мать, как я могу не верить в силы своих детей, но… мне кажется, что я желаю им повторения моей судьбы.
Возлюбленных, детей и вечеров перед камином, а не вечных сновидений во имя Величайшей Любви… Есть ли в этом добро? Может, и нет.
– Ох, – только и отвечает Кодор и заворачивается в одеяло.
Подумав, он прибавляет:
– Но если весь наш мир поделен между Девами, где же им найдется место? Неужели Девы могут сражаться друг с другом?
Лореаса грустно улыбается.
– Когда появляется новая Дева, мир становится больше… Впрочем, хватит на сегодня сказок. Давай спать. Ты увидишь сон.
Все, кто впервые слышит эту историю, его видят.
Кодор ложится и обнимает жену. Они засыпают, держась за руки.
Лореаса тоже видит этот сон – не свой, колыбельный и темный, а яркий, ошеломляющий сон Кодора.
На скале, возвышаясь над штормовым морем, под вихрями ледяных брызг стоит Дева. Рваные тучи стремительно проносятся над ее головой. Свистит могучий, жестокий ветер, губитель мореходов и кораблей. Дева Сновидений облачена в одежды из алой парчи.
