Ничего не знаешь про отношения папы и Евгении.
— Почему это не знаю? — удивилась на грани возмущения Дашка.
— Как часто ты видела их вместе? — спросила Соня. — Как часто вы проводили время втроем? Когда последний раз? Ты наблюдала, как они ведут себя друг с другом? О чем говорят? Обнимаются, целуются, смеются? Куда они ходят и ездят вдвоем? К тому же, как сказала Евгения, она тебе объяснила, почему собралась разводиться с отцом. Значит, какие-то свои доводы привела.
— Стопэ! — подняв ладошку, остановила сестру Дашка. — Я тебя поняла. Да, она объяснила, что они сильно отдалились друг от друга и практически не общаются последнее время, а она хочет двигаться дальше и устраивать свою жизнь. Но да, ты права: я вообще не очень хорошо знаю, какие у отца с матерью отношения. И не обращала на это внимания.
— Вернее сказать, вообще не знала, поэтому и судить не можешь. Да и, честно говоря, права не имеешь их судить, — поправила ее Соня и продолжила свою мысль: — Ты понятия не имеешь о том, какие могут быть между ними договоренности.
Для начала тебе следует откровенно поговорить обо всем с отцом.
— Обязательно, — кивнула Дашка и гораздо менее воинственно добавила: — Но… Но ведь мама решила его обмануть и обобрать.
— Знаешь, когда разошлись родители, я ужасно переживала и обвиняла их обоих, и не только их.
А потом… — Софья помолчала, вспомнив те свои далекие душевные терзания. — А потом оказалось, что их решение разойтись было самым верным. Иначе у нас не было бы вас с Тори, таких замечательных и любимых, — улыбнулась Соня и подбодрила сестру: — Так что мы понятия не имеем, чем вся эта история обернется. Может, и чем-то хорошим для всех нас.
— Может, — пожав плечами, согласилась с ней Дашка и предложила: — Давай еще по кусочку тортика слопаем.
— О нет, с меня достаточно, — отодвинула тарелку Софья. — Мне уже и так дышать тяжело. Надо бы пройтись перед сном. Не хочешь прогуляться по парку и участку?
— Не, — отликнулась с полным ртом Дашка, — я в кровать с планшиком завалюсь. Тори «постучу», и початимся.
— Тогда лопай свой торт, а я пошла, — улыбнулась Софья, радуясь про себя высокому уровню стрессоустойчивости сестренки.
