Видимо, дувший ветерок уже успел развеять все запахи.
Для роста Ладникова диванчик был маловат, но он все равно лег, сунув под голову подушку и вытянул ноги, уложив их на подлокотник. Примостившись-устроившись пусть и не с полным комфортом, но вполне удобно.
Не так давно Ярослав мимоходом увидел отрывок биографического фильма о великом русском художнике-монументалисте, нашем современнике. Удивительном человеке и гении Иване Лубенникове.
К сожалению, чтобы вдумчиво, с удовольствием и неспешно посмотреть весь фильм, у Ярослава никак не получалось освободить достаточное количество времени.
Но не об этом сейчас — посмотрит еще, обязательно. А как же, он же нынче в отпуске. Так вот, в том отрывке, который удалось ухватить Ярославу, наш великий российский художник простым, обыденным тоном произнес фразу, сильно зацепившую Ладникова и врезавшуюся ему в память:
«Большие ощущения попадают в нас невзначай. Важно не пройти мимо них».
Большие ощущения и не уступающие им по объему и значимости большие чувства попали в Ярослава в те короткие мгновения, когда утреннее яркое солнце осветило со спины хрупкую фигурку девушки.
А потом он заглянул в ее невозможные, невероятные, насыщенно-голубые, прозрачные глаза, услышал ее голос, ощутил исходящую от нее энергию и вдохнул ее чарующий запах.
Ну и все. На этом самом моменте можно было бы и закончить рассказ о них двоих и об их долгой совместной жизни. Если бы через почти тринадцать месяцев этой самой совместной жизни они не расстались.
Из-за дикой, откровенно тупой причины…
«Ладно, не об этом», — одернул себя Ярослав. С проблемой их идиотского расставания он разберется в ближайшее время, учитывая еще и то обстоятельство, что исключительно ради решения этой самой проблемы он и оказался здесь. Только ради Софьи и приехал.
Только ради нее. Ну и ради них двоих.
И лежит вот на диване, с подлокотника которого свешиваются его ноги, и плавает в воспоминаниях вместо того, чтобы проанализировать поступившую информацию и как можно скорей закрыть вопрос с этой нелепой кражей.
Чтобы уже самым плотным образом и конкретно заняться своей Софьей Павловной.
Но какие бы приказы ни отдавал себе Ладников и как бы ни пытался сосредоточиться, мысли о Софье не собирались так просто исчезать и отступать, вытаскивая из памяти и прокручивая перед его внутренним взором еще одну порцию картинок из прошлого.
