Во время заседания иногда очень удачно до уха присутствующих доносились громовые раскаты, не прекратившиеся и до сих пор. Очередное грохотание обошлось Денису новой волной боли в черепной коробке.
Отвернувшись к окну, он поморщился и слегка сжал переносицу, надеясь, что мозг все-таки сумеет переключиться на ждавшие его внимания задачи, несмотря на обделенную сном неделю. К периодической бессоннице Денис давно привык и вполне научился работать на одной силе воли — было бы желание, а ресурсы у организма всегда найдутся.
"
"Карта в приложении телефона его, конечно, не обрадовала: дороги уже успело затопить, как случалось при каждом мало-мальски приличном дожде из года в год, и Москва, разумеется, тут же встала в десятибалльные пробки. Денис раздраженно вздохнул, сверился с электронным ежедневником, и без него догадываясь, что единственный возможный путь ведет в офис — в другие места ехать смысла больше не было.
До следующего заседания с Николаенко, развернувшим очень даже мешающую им с Ларой полосу препятствий и палок в колеса, оставалась пара суток, и этим вечером предстояло сосредоточиться на подготовке к процессу: даже ничтожные заминки сейчас были недопустимы.
Денис пошел к выходу, по пути размышляя о том, что еще предстояло сделать, и старался не обращать внимание на почти привычное, но все столь же неудобное внутреннее беспокойство. Его уже не первую неделю не отпускало ощущение угрозы, но понять, в чем причина подобного волнения, он не мог.
Едва ли Николаенко сделает что-то, к чему они еще не готовы.
За безопасность Лары Денис теперь переживал чуть меньше: кто бы мог подумать, что ее каждый вечер на выходе из бизнес-центра будет караулить младший Аверинцев? Денис усмехнулся. Он и думать забыл, что Дмитрий тоже работает в их фирме. Как и вправду тесен мир.
Коридор заканчивающего свою работу на сегодня суда был полупуст и мрачен из-за непогоды за окном. Иногда из кабинетов выходили сотрудники и замыкали за собой двери, пока в других помещениях еще шли заседания и гудели голоса.
Денис уже собирался поворачивать к лестницам, когда заметил слева от себя знакомое лицо и остановился на полушаге.
С того самого летнего дня, когда он, вцепившись в руль, смотрел, как Катя перебегает дорогу перед судом, было понятно, что встреча неизбежна: в здании суда ли, в магазине, на улице — они столкнутся. В пределах Москвы, когда между ними нет больше расстояния в 712 км, им невозможно не пересечься.
