Об исполнении доложить

На третью ночь партизанские посты были сняты гитлеровцами.

В отряде Караулова такой пагубной беспечности быть не могло. Посты и секреты километров за пять в округе контролировали все подходы. Сомов следил за тем, чтобы дозорные отсыпались днем. Перед тем как отправить партизан в секрет, их тщательно инструктировали, а ночью кто-нибудь из руководителей непременно проверял посты.

В общем, в отряде чувствовалась хорошая воинская дисциплина: все подтянутые, аккуратные. Оружие содержалось в образцовом порядке, хотя и было самое разношерстное: от русской трехлинейки до немецких автоматов и пулеметов, снятых с подбитых танков.

В донесении Яковлева была еще одна, на мой взгляд, важная информация. При допросе пленного из карательной группы обер-лейтенанта Вольфа выяснилось, что в доме председателя райисполкома (то есть Сомова) поселился какой-то офицер. Он ездит на черном «мерседесе». Снаружи дом охраняет патруль, а внутри двора — пост. Улица с двух сторон перегорожена шлагбаумами: проезд по специальным пропускам.

В конце донесения была довольно странная приписка. «Забор, которым были обнесены развалины райисполкома, снят».

«Какой забор?» — недоумевал я. — Зачем надо было огораживать развалины райисполкома?»

Во время ближайшего сеанса связи я поставил эти вопросы перед Истоминым. Он мне ответил, что забор вокруг развалин райисполкома возвели оккупанты. Это была их первая акция после занятия Светлово. Затем рота саперов разбирала развалины. К месту работ никого не подпускали специальные патрули.

Сообщение меня встревожило. Что могли искать немцы в развалинах? Такой вопрос по моей просьбе Яковлев задал Сомову. Николай Лаврентьевич ответил: «Точно сказать не могу. Но под развалинами остался сейф председателя райисполкома. В нем были деньги — 120 тысяч рублей, предназначенные для подполья, список старых квартир-явок и перечень баз, которые в свое время провалил Крутой. Но квартиры-явки потом были спешно заменены, а их хозяева срочно эвакуированы, успели передислоцировать и базы».

Сомов вдруг почувствовал себя виновным и начал оправдываться, дескать, так все получилось помимо его воли. Дело в том, что в связи со сменой баз решено было деньги забрать с собою в самый последний момент. За Сомовым должен был приехать Караулов и сопровождать его вместе с кассой подполья. Старые, уже негодные документы Сомов намеревался уничтожить вместе с архивом, который находился в помещении гаража райисполкома на полуторке.