На заднем плане, привалившись к стене, стоял и Стафеев, улыбаясь мне во все свои тридцать два белоснежных зуба. Мы тут же все дружно обнялись и ввалились в гостиную, где добрая половина присутствующих была мне хорошо знакома. Начался галдёж, быстрое знакомство с теми, кого я видел впервые — в основном игроки из команды Фёдора и ещё пара человек.
А уже в следующую минуту я нахмурился, а затем и вовсе проморгался, когда мой взгляд упал на тоненькую, почти невесомую блондинку, которая впорхнула в помещение с застеклённой террасы, где она сидела с другими девчонками.
Короткий обмен любезностями с вновь прибывшими, а я глаз не могу оторвать от знакомого лица. Пялюсь, как баран на новые ворота, а затем перебиваю девушку, прежде чем она успевает представиться.
— А ты ведь Алина, так?
— Так, — кивает она и улыбается, демонстрируя ямочку на одной щеке, — а мы знакомы?
Я только хмыкаю и качаю головой.
— Скорее нет, чем да.
— И что это значит? — толкает меня в бок Брагар, но я лишь пожимаю плечами.
— Просто мы с Алиной родом из одного города, Макс. Я её видел, — чуть мнусь и качаю головой, подбирая нужные слова, а затем развожу руками, — так скажем, на паре фотографий.
— Ах, вот в чём дело, — смеётся девушка, — оказывается, какой тесный мир, да?
— Да, — соглашаюсь я и тут же для себя понимаю, что зря я так поспешно разругался с Аммо.
Ай-я-яй!
На остаток вечера отпускаю своих демонов. Топлю их, наслаждаясь их предсмертными хрипами. И только потом, в беспроглядном тумане, позволяю себе задать вопрос Стафееву.
— Ну как она?
— А если хорошо, ты будешь рад?
— Да, — честно отвечаю я. И плевать, если от такого исхода я сдохну. Я заслужил этот несчастливый конец.
Точка!
Домой добрался лишь под утро. И уже конкретно так на рогах, радуясь, что не дал возможности Стафееву покопошиться в моей душе и залить её ядом. Но уснуть сразу не смог. Нужна была дополнительная анестезия для гудящих нервов и скулящего от тоски сердца.
Открыл профиль Истомы в телефоне.
Пролистал несколько украденных исподтишка фотографий. Завис на целую вечность на её нереально красивом лице. Такая милая, такая добрая, такая чистая девчонка.
Лучшая! Но уже не моя...
И так до ломоты в костях хотелось ещё хотя бы раз услышать её голос. Сказать последнее «прости».
Глаза снова застопорились на её номере телефона. Прогорклый ком забил горло, а я тяжело выдохнул, зная, что никогда ей не позвоню. Она же меня просила. А я себе уже пообещал.
