Обещания и Гранаты

Если только то, что я позволила Кэлу помочь прополоть сорняки и подготовить почву, не высосало жизнь из этого места.

Я пристально смотрю на оконное кашпо над кухонной раковиной, где мятный марцеллин начал разрастаться из своего контейнера, процветая в солнечном свете.

Через динамик телефона моя сестра Ариана болтает о том, как сильно мама скучает по мне.

— Я имею в виду, она сидит на твоем балконе каждую ночь, уставившись в одну точку, как будто ты мертва или что-то в этом роде.

Печаль проникает в мою душу, мысль о том, чтобы быть источником сердечной боли моих родителей, не то, что мне нравится.

Это то, чем я мучила себя, даже будучи ребенком, делая все возможное, чтобы быть той, кем хотели мои родители. Идеальная маленькая принцесса мафии, послушная и покорная, готовая сделать все, чтобы они гордились ею.

Все, что угодно, лишь бы увидеть проблеск гордости в темных глазах моего отца или чтобы моя мать не смотрела на меня как на младшую, худшую версию себя, которую она могла бы терпеть.

Тем не менее, я там, где я есть, кто я есть, благодаря им и их выбору. Самое меньшее, что может сделать моя мать, это дать мне небольшую слабину, и все же она все еще пытается заставить меня чувствовать себя виноватой, все еще пытается контролировать меня, когда мы даже не живем на одной территории.

— В Штатах большинство людей, которые вырастают и женятся, переезжают из домов своих родителей, — говорю я Ариане, срывая засохший кусочек мяты и бросая его к остальному мусору.

— Не то чтобы тебе разрешили куда-нибудь ходить, — говорит она, и когда я беру трубку, перезагружая видеочат, меня встречают ее большие карие глаза, когда она наклоняется к камере, нанося тонкий слой макияжа на линию скул. — Тебе повезло, что Кэл вытащил тебя.

— Это звучит зловеще. Что ты мне не договариваешь?

Она улыбается своей маленькой кривой усмешкой, накручивая прядь каштановых волос на наманикюренный палец.

— Ничего, на самом деле. Просто… все немного изменилось, когда ты ушла.

— Не знаю. Все стали очень молчаливы; папа почти не выходит из кабинета, а когда выходит, в его глазах появляется такое странное выражение, как- будто…

Она замолкает, и я хватаюсь за край мраморной стойки, ожидая, когда она продолжит.

— Как будто он ходячий мертвец.