Обещанная дракону

Обнял за плечи так крепко, что у той на миг сбилось дыхание, и прошептал:

– Я очень любил твою мать. А ты – единственное, что осталось у меня от нее. Жаль, что у нас было так мало времени узнать друг друга. Это моя вина, мне и платить. Иди, Юна, спасайся… И постарайся стать счастливой за нас двоих!

Она успела почувствовать порывистый поцелуй на виске. А потом отец толкнул ее в самый жуткий кошмар – непроглядную тьму.

Юна упала, едва успев подставить ладони.

– Папа!!! – отчаянный крик прокатился по подземелью.

Но огромный камень уже вернулся на место, отрезав ее от отца. Юна в ужасе бросилась на преграду, замолотила по ней руками, не в силах поверить, что единственный родной человек мог вот так поступить.

Она не видела, как с той стороны стены Ульрих устало прижался лбом к холодному камню. Не слышала, как он тихо сказал:

– Не бойся тьмы. В ней нет ничего страшного. Ты маг Огня. Пламя в твоей душе невозможно связать, иди за ним – и оно осветит твой путь.

Слезы текли по ее щекам.

– Я вернусь, – прошептала она, прижимаясь к стене всем телом и стараясь не всхлипывать. – С драконом или на драконе. Но вернусь и спасу тебя!

Тьма обрушилась сразу со всех сторон, и Юна закричала от боли, разрывающей сердце. Закрыла глаза, не в силах противостоять собственному страху. Сползла на землю, закрыла голову руками и сжалась.

Она чувствовала, как со всех сторон тянутся лапы, путы и лозы. Как они безжалостно хватают ее, рвут на куски, а вокруг все дрожит как при землетрясении.

Она не знала, сколько так просидела. Может час, а может всего пару минут. Пока слабое свечение не привлекло ее взгляд. Оно пробивалось сквозь сжатые пальцы.

Юна судорожно выдохнула и раскрыла ладонь.

Медальон. Он светился ровным оранжевым светом. Но стоило коснуться его – и свет усилился, давая рассмотреть пространство на несколько шагов вокруг.

Теперь Юна видела, где находится. Отец вытолкнул ее на площадку, от которой вверх тянулась узкая лестница, вырубленная прямо в скале.

Где-то там наверху был и выход…

Девушка прислушалась, надеясь уловить хоть звук за стеной. Но то ли там никого уже не было, то ли стена была слишком толстой – она ничего не услышала, как ни прижималась ухом к холодным камням.

Наконец, когда тело окончательно затекло, а разум кое-как смирился с происходящим, Юна тяжело поднялась и вытянула руку, держа медальон на весу.