– Я не могу застегнуть молнию, и пуговицы здесь такие неудобные…
Одной рукой я аккуратно перекидываю ее волосы через плечо, а затем перехватываю два конца тонкой ткани и продеваю маленькие атласные пуговки в петли, застегивая платье.
Я наблюдаю, как дыхание Кеннеди замирает, когда я провожу подушечками пальцев по мягкому изгибу ее позвоночника, не торопясь нащупывая молнию. Запускаю пальцы под ткань, позволяя костяшкам коснуться ее поясницы. Я стараюсь сохранять контакт все время, пока медленно застегиваю молнию, и не теряю его, обеими руками разглаживая уже застегнутое платье, а затем обхватываю ее за бедра и притягиваю спиной к себе.
Она расслабляется у меня на груди, и мы встречаемся взглядами в зеркале.
– Красивая, – шепчу я. Мы стоим в том же туалете, где встретились в первый раз.
Кеннеди отводит взгляд, продолжая прижиматься ко мне.
– Я никогда раньше не видела тебя таким нарядным. Мы выглядим почти как…
Она в белом платье. Я в черном костюме.
– Как будто собираемся пожениться? – заканчиваю я за нее.
Ее карие глаза в отражении медленно находят мои.
Вот как это могло бы выглядеть. Это должно было выглядеть так, но я бы ни на что не променял ее наряд, когда она в белом мини-платье, джинсовой куртке и кедах на платформе шла со мной к алтарю.
Кеннеди окидывает нас взглядом, наблюдая, оценивая. В этом взгляде нет ничего сексуального. Это вызывает любопытство. Я кончиками пальцев стискиваю ее бедро.
– О чем ты думаешь?
– Я безумно благодарна тебе за то, что мне не пришлось выходить замуж за Коннора.
Но благодарна ли ты за то, что теперь замужем за мной?
Этот вопрос вертится у меня на языке, когда в кармане вибрирует телефон, нарушая этот чудесный момент.
Кай: Понимаю, что тебе очень этого не хочется, но мы должны начинать, пока Макс не заснул. Вы идете?
Я прерывисто выдыхаю.
– Ты готова?
Кеннеди складывает свои вещи и оставляет их на раковине, чтобы забрать позже. Поскольку этим туалетом пользуемся только мы, можно с уверенностью предположить, что весь вечер они будут в безопасности.
Придерживая дверь, я позволяю ей выйти первой.
Я следую за Кеннеди к скамейке запасных, поднимаюсь по лестнице и выхожу на газон. Моя ладонь касается ее поясницы, когда мы проходим мимо грязных участков, безмолвно напоминая ей, чтобы она подобрала платье и не запачкала подол. Несмотря на каблуки, Кеннеди все равно достает мне только до груди, и мне приходится прилагать все усилия, чтобы не подхватить ее на руки.
