– Хороша в чем?
Подавшись вперед, я кладу локти на стол и соединяю ладони, как будто речь на самом деле идет о деловом предложении.
– Впервые в жизни я могу встречаться с тем, с кем захочу. Ну, а после… Я хочу быть хороша в этом. Я никогда не ходила на свидания, не флиртовала с незнакомцами и так далее, чему люди учатся в двадцать с небольшим. Мне придется погрузиться в мир свиданий, не имея абсолютно никакого опыта.
Исайя водит пальцами по вискам.
– Кенни, пожалуйста, не говори сейчас «погрузиться».
– Я просто хочу чувствовать себя комфортно, когда держу кого-то за руку или моя нога прикасается к кому-то под столом, как в кино.
Я не хочу, чтобы кто-нибудь повторил то, что сегодня вечером высказал Коннор.
– Да пошел он!
Да, к черту Коннора! Но в чем-то он прав.
– Исайя, – вздыхаю я, нуждаясь в его понимании, – я всю жизнь считала, что у меня никогда не будет такой возможности, и не хочу упускать ее из-за недостатка жизненного опыта. Если даже мужчина, который собирался унаследовать наш семейный бизнес, женившись на мне, не сумел справиться с моими интимными проблемами, я не могу ожидать этого от другого парня, который при этом ничего такого не получит.
Его челюсть каменеет, а вены на шее напрягаются.
– Если ты перестанешь беспокоиться о тех, кто тебя недостоин, то поймешь, что проблема не в тебе.
– Я хочу сделать это для себя.
Похоже, что во мне говорит перфекционист, но я отказываюсь начинать совершенно новую жизнь в Сан-Франциско, получив работу своей мечты и при этом испытывая трудности в личной жизни.
– Позволь мне прояснить ситуацию. – Исайя сцепляет пальцы, повторяя мой жест. – Ты хочешь попрактиковаться на мне, чтобы научиться встречаться с другими мужчинами.
– Вот именно! – Его глаза расширяются. – Черт! Звучит отвратительно.
– Да, не самая приятная штука, которую можно услышать… – Исайя сокрушенно вздыхает. – Но ты не напрашивалась на нежеланный брак. Ну… – Он мотает головой. – Хотя нет: ты, конечно, напрашивалась. Несколько раз. Умоляла меня, правда.
Я сдерживаю смех.
– Заткнись!"
"При звуке моего смеха уголки его губ приподнимаются в улыбке, как будто он гордится собой за то, что заставил меня рассмеяться.
Исайя откидывается на спинку кресла. Его рубашка, застегнутая на все пуговицы, туго облегает бицепсы, а идеально расчесанные пальцами волосы не нуждаются ни в каких средствах для укладки. Нужно быть слепой, чтобы не считать моего мужа привлекательным, но, что более важно, он опытный.
Очень опытный.
