Обнаженная для тебя (HL)

Он настоял на том, чтобы мы поддерживали контакт до тех пор, пока я не найду себе в Нью-Йорке нового психотерапевта, и я решила в сложившейся ситуации обратиться к нему. И тут я обнаружила двадцать один пропущенный звонок от Гидеона, а также эсэмэску:

Я снова дал маху. Не бросай меня. Поговори со мной. Пожалуйста.

У меня опять полились слезы. Я растерянно прижала телефон к груди. Я не могла выбросить из головы картины того, как Гидеон развлекается с другими женщинами. Я не могла выбросить из головы картины того, как он затрахивает до умопомрачения другую женщину в той же самой постели, используя эти чертовы игрушки, доводя ее до безумия и наслаждаясь ее телом…

Я прекрасно понимала, что размышлять о таких вещах нерационально и бессмысленно, и это заставляло меня чувствовать себя еще более никчемной и даже причиняло физическую боль.

Когда телефон завибрировал, я вздрогнула и едва его не выронила. Лелея свое страдание, я пыталась заставить себя переключиться на голосовую почту, так как знала, что звонит Гидеон.

Его имя высвечивалось на экране, к тому же этот номер, кроме него, пока никто не знал. Но проигнорировать его звонок я не могла, чувствуя, что он дошел до точки. И если раньше мне до боли хотелось его уязвить, то продолжать в том же духе уже не было сил.

— Алло, — ответила я не своим, сдавленным из-за слез и переизбытка эмоций голосом.

— Ева! Слава богу! — взволнованно отозвался Гидеон. — Ты где?

Я огляделась, но не увидела ничего, что указывало бы на название ресторана.

— Понятия не имею… Я… Прости меня, Гидеон.

— Нет, Ева. Не извиняйся. Это моя вина. Но сейчас самое главное — тебя найти. Ты можешь сказать, где находишься? Ты пешком шла?

— Через какой выход ты выскочила, я знаю. А куда потом направилась?

Помимо его учащенного дыхания, я слышала в трубке автомобильные гудки и шум уличного движения.

— А после этого где-нибудь сворачивала?

— Не думаю. Хотя точно не скажу. — Я посмотрела по сторонам в поисках официанта, к которому могла бы обратиться с вопросом.

 — Я в ресторане. Итальянском. У него еще терраса на улице… с кованой железной оградой. Двери застекленные… Господи, Гидеон, я…

И тут я увидела его силуэт в дверном проеме с прижатым к уху телефоном. Я его сразу узнала. Он на мгновение замер на месте, а потом заметил меня у противоположной стены. Сунув телефон в карман джинсов, из тех, что висели в номере отеля, он прошел мимо пытавшейся заговорить с ним официантки и бросился ко мне.