Обольститель и куртизанка

 — Всех без исключения:

Эта бесстрашная женщина испытывала боль, Эрит с радостью облегчил бы ее страдания, но это было не в его власти. Если для ее спасения потребуется изрезать в лоскуты его сердце, значит, так тому и быть, с мрачной решимостью заключил граф.

Ему отчаянно хотелось сжать ее в объятиях. Но прикоснуться к ней сейчас было бы великой ошибкой. Оливия трепетала как натянутая струна, готовая лопнуть от неосторожного касания.

— Ты не презираешь Перри. Не презираешь Лео. — Эрит замолчал, заметив искорки неуверенности в прекрасных глазах Оливии.

— Нет, презираю, — нерешительно возразила Оливия.

— Лгунья. — Стянув рубашку, он отбросил ее в сторону.

— Довольно, лорд Эрит. — Грациозным движением, подхватив юбки, куртизанка направилась к двери. Гордая, прямая, дерзкая, она походила на королеву, шествующую на гильотину.

Бесконечно одинокую королеву.

Когда Оливия поравнялась с Эритом, он поймал ее за руку. Ему не хотелось просить, но в его голосе помимо воли звучали умоляющие нотки.

— Не убегай только потому, что ты боишься, Оливия.

— Я не боюсь, — гневно выпалила она. В глазах ее, устремленных на графа, застыл ужас.

— Оливия, я тоже боюсь. — Вся гордость лорда Эрита восставала против этого признания. — Не уходи.

— Больше никто не будет управлять мной, — вскричала Оливия, отчаянно пытаясь вырваться. — Я никогда не доверю свою судьбу мужчине. Я поклялась себе в этом в пятнадцать лет и ни разу не нарушила клятву.

На краткий миг Эриту показалось, что он смог бы найти слова, чтобы убедить ее остаться.

А возможно, слова были здесь бессильны.

Его охватило отчаяние. Извиняющимся жестом он пожал плечами, выпустив руку Оливии. Он знал, что значит для нее свобода. Он никогда не позволил бы себе навязывать этой женщине свою волю. Вдобавок принуждением ничего не добьешься.

— Тогда уходи, — хрипло произнес Эрит. Оливия вскинула на него удивленные глаза.

— Ты мне не позволишь.

— Разумеется, я тебя не держу. Ты свободна.

— Да, я свободна. — Голос Оливии звучал до странности неуверенно.

И снова Эрит узнал в ее чертах ту юную девушку, которой она была, пока этот жестокий мир не погубил ее невинность.

Граф отступил от двери, чувствуя, как все его мечты разбиваются вдребезги.