Оборотень

Его руки работали с силой молота, падающего на наковальню, и всякий раз опрокидывали на пол новую жертву. Нож ему был не нужен – кулаки действовали как снаряд, выпущенный из дальнобойной пушки. И в то же время он выполнял работу ледокола, за которым шел караван – «пехота» и подпаханники, вооруженные ножами и заточками.

Ссученных воров было больше раза в два, их поддерживали молодость, сытый грев, добрая хозяйская пайка и покровительство администрации; «автоматчиков» выручали бесстрашие и боевой опыт.

Трюм наполнился криками, свирепой бранью.

«Автоматчики», презрев численное преимущество противника, рассекли толпу ссученных и зажали их по углам. Наследники славного генералиссимуса Суворова, они помнили незабываемую заповедь – «не числом, а умением!» – и сошлись врукопашную, чтобы доказать силу русского солдата.

Многие ссученные падали на пол, даже не успев достать заточки, те же, кто оказывал сопротивление, умирали первыми. Большинство отступило, но лишь для того, чтобы в следующую минуту с силой девятого вала обрушиться на «автоматчиков».

– Назад! – остановил дерущихся пронзительный крик.

Это успел очухаться от глубокого нокаута Рябой. Мгновенно он осознал, что еще одна такая схватка и его кодла уполовинится, а ведь до конечного пункта не пройдено и сотни километров. Если так пойдет дальше, то на встречу с Муллой он явится только в сопровождении пары подпаханников – несложно представить, какой это будет диалог…

– Назад! Кому сказал! – орал Рябой.

Суки, повинуясь командному окрику, застыли, а потом неохотно попятились.

На полу, в лужах крови, лежало около десятка убитых. «Автоматчики» тоже не двигались – их было слишком мало, чтобы закрепить обеду.

– Если надумаете еще раз вякнуть что-нибудь подобное, перережем всех как баранов, – строго предупредил Кощей. Он был готов к большой рубке.

Рябой науку запомнил крепко и старался «автоматчиков» не задевать.

Те тоже не доверяли ссученным и на ночь выставляли караул, который нес вахту так же исправно, как если бы в ста метрах от трюма проходила линия фронта.

По тюремному телеграфу была пущена информация о том, что «сахалинский» десант на пароме понес значительные потери, но все-таки спешит на континент, чтобы установить сучью власть по всему Приморью. В малявах воры призывали зеков не пасовать и требовали устроить сукам кровавую баню."

"Перегруженный паром пересекал Татарский пролив, направляясь к порту Ванино, где ссученным уже готовилась надлежащая встреча.