Оборотень по объявлению

— Знаешь, а ведь у меня никогда не было подруги… — внимательно посмотрев на меня, сказала она задумчиво.

— Честно говоря, я плохая подруга, — призналась я, вспоминая, как часто уходила с головой в работу, забывая про девочек. — Я забываю звонить, не люблю говорить о личном… И вообще, боюсь сглазить счастье разговорами.

— И что, помогло? — спросила меня Полина. — Ты счастлива?

Я откинулась на стул, уже не глядя на девушку.

— Тогда давай хоть на время станем подругами? — склонив голову к плечу, спросила меня Полина.

— Хорошо, пока мы здесь, — согласилась я, честно уточнив сроки. Потому что обе мы понимали, что за пределами особняка меня ждет совершенно другая жизнь. Надеюсь, что обе…

Полина подставила ладонь:

— По рукам! — мы скрепили слова рукопожатием.

Девушка заметно повеселела, встала, сама взяла чашку, налила кофе и отпила большой глоток. Она стояла ко мне вполоборота, но косила хитрым лисьим взглядом.

— Что? — не выдержала я.

— А ты знаешь… Стас спрашивал про тебя, — и невинно захлопала глазами. Ну какая девушка устоит от вопросов? Вот и я туда же!

— Да? — я напустила на себя как можно более безразличный вид. — И что спрашивал?

Полина тянула паузу, но потом не выдержала:

— Досье? — на автомате повторила я. Нет, ну чего я еще ждала?

Я постаралась скрыть досаду и недовольство, хотя и понимала, что скорее всего в моей подноготной служба безопасности Суворовых покопалась от и до.

— Не сразу, — коварная улыбка скользнула по губам Полины.

— А они разве не у безопасников хранятся у вас?

— Твоя — нет, — она виновато улыбнулась, и мне захотелось узнать, что же она там хотела найти, раз взяла к себе. Но Полина явно не собиралась раскрывать карты.

— И-и-и? — протянула я, надеясь на пояснения хоть о чем. Об интересе Стаса или о своем.

— Ну, он мне пообещал одну вещь, и мне пришлось отдать ему папочку, — она довольно развела руки в стороны, словно демонстрируя, что у нее этих документов теперь нет.

— И зачем ты мне рассказала? — я не понимала, к чему она завела этот разговор.

— А к тому, что он явно к тебе неровно дышит! — она рассмеялась, а глаза довольно сверкнули, словно она одержала маленькую победу.

Я прикрыла смущение и смятение чашкой кофе, отпила большой глоток, потом еще, пока не осушила кружку до дна.

— Ну-у-у? — нетерпеливо нависла надо мной Полина.

— Что — ну? — я встрепенулась.