Оборванные нити. Том 2

Ольга стояла у открытого окна и смотрела на улицу. Воздух был холодным и невкусным — сказывались промышленные выбросы.

— Оль, простудишься, — осторожно произнес он, почуяв неладное. — Что-то случилось?

Она медленно повернулась, и Сергей с тревогой увидел, что ее глаза наливаются слезами.

— Ты что, Оля? Кто-то умер? Или тяжело заболел? Что-то дома?

Она отрицательно покачала головой и попыталась улыбнуться, но губы не слушались.

— Саблин, я беременна, — негромко сказала она. — Восемь недель.

Это было единственным, что он сумел произнести.

Новость оглушила. Как же так? Они с Ольгой вместе уже двенадцать лет, и ни разу… ничего… Они же делали все, что нужно… как же это?

— И ничего, — горько сказала она. — Ничего не будет.

Ничего не будет? Значит, аборт? Нет, для него это невозможно. Аборт — это убийство. Он не позволит.

— Почему? — жестко спросил он. — Ты ведь всегда хотела иметь детей.

— Хотела, — согласно кивнула Ольга. — Но не так. И не здесь.

— Что значит — не так? Поясни, будь любезна.

— А ты не понимаешь? — грустно спросила она. — Саблин, ты не умеешь быть отцом в двух семьях. Есть мужчины, которым это удается, и у них есть дети и в браке, и вне брака, и они прекрасно себя чувствуют. Если бы ты был таким, я бы давно уже родила от тебя ребенка, а то и двоих. Но ты, уж не знаю, к сожалению или к счастью, не такой. Ты будешь рваться на части. Ты будешь чувствовать себя кругом виноватым, а тебе этого нельзя, совсем нельзя. Ты не умеешь быть виноватым, равно как и не умеешь быть должным.

Опять же есть люди, которые отлично живут и с чувством вины, и с осознанием того, что у них есть неоплаченные долги, но ты к их числу не относишься. Эти чувства разрушат твою личность. Ты с ума сойдешь, понимая, что ты должен и Лене, и мне, и Даше, и нашему ребенку. Ты будешь терзать себя. И я не уверена, что ты с этим справишься. Я не могу заставлять тебя так мучиться. Поэтому ребенка у нас с тобой не будет, пока ты являешься чужим мужем.

Каждое ее слово как будто плетью хлестало.

— Оля, но так же нельзя! Ребенок ни в чем не виноват. Дай ему родиться.

— Саблин, ты меня не слышишь? Я ведь сказала: не так и не здесь. Ты лучше меня знаешь, насколько местные условия непригодны для маленьких детишек. Твоя война с педиатрами многому меня научила. Я ведь не только твои рассказы слушала, но и литературу почитала. Климат и экология здесь для малышей губительны.