Оборванные нити. Том 2

Как только из кухни раздался звук открывшейся и закрывшейся дверцы холодильника, Сергей снял с глаз компрессы и с трудом повернулся. Встать на ноги пока не удавалось. Он перекатился на полу, подобрался к дивану и протянул руку к заветной папке. Просмотренные и прочитанные Ольгой материалы были аккуратной стопочкой сложены на журнальном столе, в папке оставалось совсем немного. Его внимание привлек файл с несколькими потемневшими от времени листками.

Это были статьи разных лет, посвященные крайне редкому заболеванию — кистозному медианекрозу аорты, или синдрому Эрдхейма.

Кистозный медианекроз! Вот оно! Значит, никакие это были не новообразованные сосуды, а самые настоящие кисты! У Миши Демина был синдром Гзелля-Эрдхейма, названный так по имени двух немецких патологов, впервые его описавших.

— Оль! — закричал он. — Оля! Иди сюда, я нашел!

И тут же осекся. Как это — он нашел? Ольга же запретила ему снимать компрессы и брать в руки папку, не говоря уж об аппликаторе, на котором ему полагалось лежать аж до самого утра, хотя лично он считал, что вполне достаточно было бы и четверти часа.

Но у Ольги было собственное мнение на этот счет и свои методы лечения. Ох, что сейчас будет!

Но ничего не произошло. И по тому, как спокойно и неторопливо Ольга вошла в комнату, Сергей сразу все понял.

Она нашла этот материал. Она его просмотрела и поняла, что это как раз то, что нужно. И подарила ему возможность найти самому. Он так долго, так мучительно искал ответ на вопрос о том, что же случилось с мальчиком, что любящая женщина просто не смогла лишить его радости открытия.

Она специально ушла на кухню, хорошо зная Саблина и отлично понимая, что без надзора он в неподвижности и слепоте не останется, наверняка кинется читать сам. И прочтет. И обрадуется своей находке.

А в памяти всплыли слова матери о том, что медику нужна жена, которая будет ему соответствовать. Он тогда злился и ехидно спрашивал, в чем должно заключаться это соответствие: в норковых шубах и лайковых перчатках? Он считал себя правым, непогрешимым и искренне обвинял мать в снобизме и высокомерии.

Значит, вот о чем она говорила…

А Ольга стояла в дверях комнаты, смотрела на него и молча улыбалась.

До самого утра Сергей так и пролежал на полу с компрессами на глазах. Иногда ему удавалось заснуть, и он просыпался каждый раз, когда Ольга меняла смоченные лечебным раствором салфетки. Он видел, как мерцает в углу комнаты экран включенного компьютера.