Обращаться с осторожностью

 — Можете пояснить суть жалобы?

— У меня было смещение позвонков из-за того, что я круглые сутки сидел во внедорожнике. Эти модели создают для манекенов на краш-тестах, а не для живых людей при исполнении обязанностей.

Я закрыла глаза. «Было бы неплохо, — подумала я, — если бы хоть один из моих клиентов говорил со мной начистоту».

— Перейдем к Уиллоу, — продолжил Гай. — Сколько часов в день вы проводите с ней?

— Может быть, двенадцать.

— А из этих двенадцати сколько она спит?

— Не знаю, если ночь спокойная, то восемь.

— А если неспокойная, сколько раз вы к ней встаете?

— По-разному, — сказал Шон. — Раз или два.

— Значит, время, когда вы с ней и не пытаетесь уложить ее обратно спать, составляет примерно четыре-пять часов в день?

— Чем вы занимаетесь с Уиллоу в это время?

— Играем в «Нинтендо». Она может побить меня в «Супермарио». И мы играем в карты… — Он немного смутился. — Она отлично играет в пятикарточный стад.

— Какое ее любимое телевизионное шоу? — спросил Гай.

— «Лиззи Магуайер», на этой неделе.

— Какую музыку она слушает?

— «Ханна Монтана» и «Джонс бразерс».

Я вспомнила, как мы с мамой сидели на диване и смотрели «Шоу Косби». Сделали целую миску попкорна в микроволновке и всю ее съели. Все изменилось и уже не было прежним, после того как Кешиа Найт Пуллиам постарела и ее заменили на Рейвен-Симон. Если бы меня растила биологическая мать, было бы мое детство окрашено в другие тона? Может, мы бы пристрастились к мыльным операм, документальным фильмам Пи-би-эс, «Династии»?

— Я слышал, что Уиллоу теперь ходит в детский сад.

— Да, пошла два месяца назад, — ответил Шон.

— Уиллоу нравится в саду?

— Иногда тяжело, но могу сказать, что ей нравится.

— Никто не отрицает, что Уиллоу — ребенок с ограниченными возможностями, — сказал Гай, — но эти ограничения не мешают ей получать положительный опыт в обучении, так ведь?

— И они не мешают ей радостно проводить время с семьей?

— Вы можете сказать, будучи отцом Уиллоу, что постарались на славу, чтобы обеспечить ей хорошую обеспеченную жизнь?

«О нет», — подумала я.

Шон чуть выпрямился, горделиво расправил плечи:

— Черт побери, так и есть!

— Тогда почему, — сказал Гай, переходя к смертельному броску, — вы утверждаете, что не желали ее рождения?

Слова пронзили Шона, как пуля. Он дернулся вперед, уперев ладони в столешницу:

— Не надо говорить за меня. Я такого не говорил.

— На самом деле говорили. — Гай взял копию иска из папки и передал ее Шону по столешнице. — Вот здесь.