Обращаться с осторожностью

— Шон, утром я залезала на один сайт и узнала, что девушка с третьим типом сломала запястье, когда пыталась поднять половину галлона молока. Как ты можешь говорить, что Уиллоу не понадобится повышенный уход или помощник? И откуда на это возьмутся деньги?

— Тогда она купит две кварты молока, — возразил Шон. — Мы всегда говорили, что не позволим судить о ней по ограниченным возможностям, но ты делаешь как раз это.

— Результат оправдывает средства.

Шон подъехал к дому:

— Да, скажи это Гитлеру. — Он выключил двигатель; я слышала, как ты посапываешь на заднем сиденье.

Чем бы ты ни занималась сегодня в школе, это совершенно тебя вымотало. — Я тебя не узнаю, — тихо сказал Шон. — Не понимаю человека, который это делает.

Я пыталась успокоить его после встречи с адвокатом Пайпер. Дача показаний так и не состоялась, но он ничего не желал слушать.

— Ты говоришь, что сделаешь для Уиллоу что угодно, но, если ты не можешь, тогда ты обманываешь себя, — сказала я.

— Значит, я обманываю, — повторил Шон. — Это я обманываю? Да это ты обманываешь! По крайней мере, ты так говоришь.

И будто Уиллоу не поймет, что ты не всерьез говоришь перед судьей всякие ужасные слова. Я очень надеюсь, что ты и впрямь врешь. В противном случае ты соврала мне несколько лет назад, что хочешь сохранить ребенка.

Мы оба выбрались из машины. Я хлопнула дверью сильнее, чем следовало бы.

— Как удобно быть высоким и сильным, когда живешь в прошлом, да? А что насчет жизни через десять лет? Хочешь сказать, что когда у Уиллоу появится ультрасовременное инвалидное кресло и ее зачислят в летний лагерь для «маленьких людей», когда у нее на заднем дворе будет бассейн, чтобы наращивать костную и мышечную массу, и машина, приспособленная под то, чтобы ездить, как все другие дети ее возраста, когда нам не будет так важно, что страховая компания отказалась выплатить за очередной комплект шин, потому что мы можем заплатить сами, и тебе не придется работать двойную смену, — и ты говоришь, что она вспомнит, что было сказано в зале суда, когда она была ребенком?

Шон пристально посмотрел на меня:

— Да, я так и думаю.

Я отступила от него:

— Я слишком сильно ее люблю, чтобы отказаться от такой возможности.

— Тогда у нас с тобой совершенно разные способы проявления любви.

Он потянулся к заднему сиденью и отстегнул тебя. Твое лицо покраснело, ты медленно возвращалась из мира снов.

— Я выхожу из дела, Шарлотта, — сказал Шон, перенося тебя в дом. — Делай, что должна, но не тяни меня за собой.