Обращаться с осторожностью

В тот день я уходила с работы в сопровождении остальных работников, которые наблюдали за нашими ухаживаниями, как спортивные фанаты, и увидела, что вся моя машина покрыта пергаментом. На бумаге были огромные, размером с меня, буквы. «Я НА ДИЕТЕ», — гласило послание Шона.

Конечно же, я приготовила ему булочек с маком, но они остались лежать в ящике на следующий день, когда я пришла оставить имбирное печенье. А через день, учитывая эти нетронутые подношения, я даже не смогла вместить клубничный тарт.

Вместо этого я понесла его к дому и позвонила в дверной звонок. Светлые волосы Шона сияли на солнце, белая футболка обтягивала торс.

— Как так случилось, что ты не ешь то, что я приготовила тебе? — спросила я.

Он лениво улыбнулся:

— Как так случилось, что ты не можешь произнести тех слов?

— А ты не понимаешь?

Шон скрестил руки на груди:

Он открыл экранную дверь, схватил меня и крепко поцеловал.

— Ты вовремя, — с широкой улыбкой сказал он.

 — Я чертовски проголодался!

Тем утром мы с тобой не только приготовили вафли. Мы сделали хлеб с корицей, овсяное печенье и «Блонди». Я позволила тебе облизать ложку, лопатку и миску. Около одиннадцати Амелия размашистым шагом залетела на кухню, только выйдя из душа.

— Какая армия собралась к нам на ланч? — спросила она, потом взяла кукурузный кекс, разломила его пополам и вдохнула пар. — Тебе помочь?

Мы приготовили торт «Малиновый бархат» и тарт из слив «Татин», яблочный пирог, печенье вертушки и макаруны.

Готовили до тех пор, пока в моей кладовой ничего не осталось, пока я не забыла то, что ты сказала мне у пруда, пока у нас не закончился коричневый сахар, пока мы не перестали обращать внимание на отсутствие вашего отца весь день, пока мы не смогли больше впихнуть в себя ни кусочка.

— И что теперь? — спросила Амелия, когда от выпечки не осталось свободного места на столешнице.

Прошло столько времени, и стоило мне начать, я уже не могла остановиться. Отчасти я все еще готовила для ресторанной толпы, а не для отдельно взятой семьи, особенно той, где отсутствовал важный человек.

— Можем поделиться с соседями, — предложила ты.

— Ни за что! — заявила Амелия. — Пусть покупают.

— Мы же не пекарня, — заметила я.

— А почему бы и нет? Это мог бы быть овощной ларек в конце улицы.