Обратной дороги нет

Ещё поблизости от Мурманска я нашла хорошие выходы апатитонефелинов, организовала их добычу силами аборигенов.

– Что за апатитонефелины такие? – не выдержал подполковник. – Алюминий, что ли, получать из них собралась?

– Да ты что? – искренне удивилась Надежда. – Это золотое дно без всякого алюминия. Главное, что нефелины позволят нам наладить выпуск чистейшего стекла, для оптики. По меркам средневековья, станем богаче всех, кроме венецианцев. Затем, это недорогие и перспективные удобрения, мы кормить себя должны или нет? Апатиты дадут неплохие легирующие добавки для стали.

Что касается производства оружия, в Кенигсберге, тьфу, в Королевце, оно экономически выгоднее, особенно, когда перейдём на мелкосерийные объёмы, а не штучные, как сейчас. Я посчитала вместе с Алевтиной, Людмила нас проверила, дешевле сплавлять железные отливки из Кируны по рекам на побережье Балтики. Оттуда морем до нас рукой подать. Всё дешевле получится, чем триста километров тайгой везти на оленях. Особенно когда объёмы производства вырастут.

– Насчёт военно-морской базы не волнуйся, поморы решили остаться в Мурманске, они к северу привычные, обещают по два коча за год ладить, как договорились с тобой. Да и с перевалочным портом ничего не случится, останется, как прежде. Закупать там рыбу и моржовый клык дешевле, чем на Балтике, корабли у нас свои, рентабельность неплохая, – продолжал убеждать расстроенного Петра Толик, не меньше подполковника переживавший, что не удалось создать крупный порт на Скандинавском полуострове.

 – Пойми, Петро, никуда от физиологии не денешься. Тяжело европейцу за Полярным кругом, ради детей и ты бы принял такое решение, если бы там жил.

– Ладно, понял я всё, – закончил неприятный разговор подполковник. – Что там с двигателями?

– Двигатели калильного типа, со свечами и карбюратором, пока не получаются. – Это Володя, автомеханик, поспешил отвлечь командира от грустных новостей. – Максимальная мощность движков около сорока – пяти-десяти лошадиных сил, на мой взгляд.

Спирта жрут много, до двадцати литров на сто километров. Ресурс пока не знаем, думаю, две-три тысячи часов выдержат.

– Мы для трёх двигателей винты корабельные отлили, с передачей вращения от двигателей, – вступил в разговор Сергей Корнеев, бывший инженер-механик Камского речного пароходства. – На испытаниях двухсоттонную шхуну до двадцати километров в час разогнали. В штиль, конечно, и в бухте. Однако поморы говорят, такую скорость здешние корабли не дают.