Обреченные стать пеплом

Возможно мне бы не казалось это таким странным, если бы я однажды с лёгкостью не поменяла свою фамилию на материнскую. Что в этом такого? Смена фамилии – это всего лишь смена фамилии. И всё же… В этот момент в этой гостинной находилось две женщины, не сменившие фамилию после замужества, так что не мне было судить о “пунктиках” нашей новой знакомой.

Квартира мистера Фредрикссона, которую эта парочка приобрела, была продана уже спустя сутки после того, как была выставлена на продажу. Гэвин и Сильвия были вторыми, кто смотрел её, и первыми, кто согласился оплатить всю сумму сразу.

Родители Сильвии неделей ранее продали свою четырёхкомнатную квартиру на окраине Лондона, чтобы купить своей единственной дочери эту квартиру, а сами, с остатками денег от продажи, перебрались под Глазго, на родину отца, где теперь хотят встретить свою старость в унаследованном отцом Сильвии доме её деда…

Я думала, что эта история бесконечна, но нет, она закончилась, и следом за ней началась новая, не менее нудная.

Два агента по соседству.

Тот ещё трэш… Они что, по профессиональным данным себе “вторую половину” подбирали?..

В общем и целом пара была максимально стандартная, дополняющая собой большинство семейных пар. Их будущее можно было предугадать с трёх раз. Вариант №1: они проживут в этом браке всю свою оставшуюся жизнь, не смотря на то, что уже спустя десятилетие остынут друг к другу, а в старости и вовсе не смогут выносить общество выбранного ими в молодости партнёра. Вариант №2: они заведут ровно одного ребёнка, так как после его рождения их семейная жизнь изменится не в лучшую сторону, а спустя два-три года после счастливого появления нового существа в их семье они и вовсе разойдутся, чтобы создать новые, на сей раз бездетные семьи.

И, наконец, вариант №3: кто-то из них кому-то изменит и они разбегутся в разные стороны прежде, чем успеют обзавестись потомством или прожить всю жизнь вместе. Четвёртого не дано.

И всё же, глядя на эту пару, нельзя было не отметить их “изюминку”, отличающую их от большинства, и именно эта изюминка склоняла меня думать, что развитие их отношений стремится либо ко второму, либо к третьему варианту, но никак ни к первому, если только эти двое не мазохисты.

Изюминка заключалась в том, что Гэвин в открытую пытался флиртовать со мной, например, говорил какие у меня красивые глаза, или какое у меня “интересное звучание голоса”, после чего сравнивал меня с ундиной, чей голос “наверняка когда-то обладал губительной властью над морскими путниками”.