Обреченные стать пеплом

В такие моменты в пространстве создавалась совершенно волшебная иллюзия, будто у нас одни лёгкие на двоих. И, судя по объёму, показанному мне только что Робином, наши лёгкие спрятаны в надёжном месте.

Из-за загруженности в футбольном клубе, Робин перенёс свой выходной с субботы на понедельник, из которого мы буквально выдавили максимум. С утра мы сходили в Лондонскую Национальную галерею на потрясающую выставку картин современных Канадских художников, затем пообедали в “Story”, сходили в кино на премьеру очередного голливудского блокбастера, затем зашли в магазин спортивной одежды и купили себе по новой спортивной форме, между делом попав в объектив скрытного папарацци, после чего приняли решение рано поужинать и заглянули в “St.

John”. Домой мы вернулись только в начале восьмого, после чего Робин сделал пару “рабочих” звонков, а я отправила в редакцию свою очередную заранее заготовленную статью. По очереди приняв душ, мы вскоре сошлись на том, что мы оба не прочь уделить минут сорок на “супружеское обязательство”. В итоге секс вышел неплохим, хотя и слишком медлительным, как по мне, зато все были удовлетворены результатом, так что у меня претензий не было.

Уже после окончания “акта доброй воли”, лежа на животе, я позволяла Робину гладить свои шрамы. Отчего-то он любил это делать всякий раз после секса, наверное из-за отсутствия привычки курить. Сначала он водил пальцем по шраму в виде полумесяца на моей пояснице, затем переходил либо к шрамам на лодыжке, либо к линии на запястье, никогда не пропуская пару белых нитей на бедренной кости и свежий след на трицепсе.

Спустя полчаса, сидя за столом в гостиной с чашкой горячего кофе в руках, я уже не помнила, как провела этот день, целиком погрузившись в тишину квартиры, как вдруг её прервал Робин, вышедший из кухни с ещё одной чашкой кофе, которую на сей раз я не собиралась у него воровать.

– Видела, какой красивый сын у Олдриджей? – с этими словами, Роб поднёс к моему лицу свой телефон с открытой статьёй о счастливом браке миллионера Роланда Олдриджа и Глории Пейдж, в котором в прошлом году родился их и вправду очень красивый первенец.

Рассматривая фотографию розовощёкого младенца, которого его родители до сих пор всячески прятали от любопытных глаз, но, по-видимому, какого-то пронырливого фотографа всё-таки не смогли обезвредить, я пыталась подавить волну не самых приятных воспоминаний. Роланд и Глория были в гостях у Дариана незадолго до моей беременности.