Обреченные стать пеплом

У меня с подобным проблем не возникло, так как после ухода Робина я на долгие месяцы закрыла себя в четырёх стенах, отказавшись выходить на улицу даже под угрозой психологом, при помощи которой Полина некоторое время пыталась мной манипулировать. В итоге у неё так ничего и не вышло, да и она достаточно быстро оставила все свои попытки вытащить меня из непробиваемого панциря, прекрасно осознавая всю тщетность своих действий, направленных на мою впавшую в анабиоз личность.

И пусть я с уверенностью могла заявить, что после всего пережитого мной за эти сто тридцать семь дней беспросветного мрака у меня не возникло проблем с источниками света, как это случилось у Полины, в остальном, в отличие от неё, у меня было проблем столько, что, признай я их все, меня смело можно было бы упечь в психушку.

Зайдя в столовую, я включила тусклую настенную лампу и сразу же заметила свою гостью, как и всегда сидящую в кресле у входа в гостиную. Чтобы не травмировать её резкостью, я миновала столовую в потёмках и включила яркий свет только на кухне.

Не торопясь подойдя к холодильнику, я вытащила из него бутылку пива. Обычно я не позволяла себе выпивать перед ночной вахтой, тем более при Полине, но Тену и Джоуи уже был без трёх недель год от роду, и по ночам они теперь спали значительно лучше, чем в первые месяцы своей жизни, да и Полина сегодня курила мундштук не покидая своего кресла и даже не приоткрыв дверцу балкона, так что этим вечером я не собиралась потакать надобности держать себя в опостылевших мне рамках.

– Как там футбольный клуб? – наблюдая за тем, как струйка дыма поднимается от её мундштука вверх к потолку, наконец начала разговор первой я, после чего прислонилась плечом к дверному косяку, отделяющему границу кухни от гостиной, и сделала первый глоток из уже открытой бутылки.

– Всё ещё продолжает своё существование, – монотонно и даже как-то растянуто проговорила Полина, не вынимая мундштука из своего едва приоткрытого рта.

После смерти Робина футбольный клуб отошёл мне, но руководство над ним с благородным великодушием взяла на себя Полина.

Я сделала ещё один глоток.

Полина перевела на меня свой соколиный взгляд и, не моргая на протяжении полуминуты, смотрела на меня так, как обычно смотрят на останки вымершего в мезозойской эре биологического вида.

– Как твои панические атаки? – наконец подала голос она.

А вот и одна из моих проблем.