Обычная история

— Близость бывает разной, Таир Усманович. Вам ли не знать?

Наши взгляды встречаются. На этот раз Валеев отводит глаза первым, подтверждая, что он в моем обществе тоже чувствует что-то эдакое.

От души зеваю, положив левую руку рядом с коробкой передач.

— Устала? — перехватывает мою ладонь.

— Угум, — киваю, не понимая, как реагировать. С сожалением наблюдаю за тем, как наши руки вновь разъединяются. Ну, вот и что это было? Неужто почудилось? Сердце подпрыгивает в груди. Оступается и набирает такой разбег, что впору доставать лекарства.

— Что теперь будет с Ташей? — выбираю нейтральную тему. — С ней расторгнут контракт?

— Нет. Почему? Будет работать.

— Угу. На этаж ниже есть что-то типа яслей. Будет у нас дочь полка. Как думаешь, справимся?

— Это смотря какой ребенок — спокойный, нет? Если малая будет орать круглыми сутками, какая уж тут работа?

— Ну, судя по тому, что ее мать даже не знала о своей беременности, девчонка у нас еще та тихушница.

Валеев улыбается. Накануне мы были так заняты, что ему некогда было побриться.

— Я тут, кстати, вспомнила, что по телевизору даже шла такая программа — «Я не знала, что беременна».

— Чего только не бывает.

Прыснув в кулак, Таир тихо угорает. У него такой заразительный смех, что я тоже улыбаюсь — аж восьмерки показываются.

— Ты любишь детей, — констатирую я. — Не думал еще родить кого-нибудь?

Ну, вот на хрена я спросила? Улыбка застывает на лице карикатурой.

Приезжаем ровно к назначенному времени. Таша с мелкой уже спустилась в холл. Выглядит новоиспеченная мамочка так, что ее пожалеть хочется. «Кто я? И что происходит?» — это только часть вопросов, проступающих у нее на лице.

— С новорожденной! Ура!!! — орут наши, размахивая цветами. У Таши дрожат губы. Она снимает уродливые очки и вытирает глаза рукавом безразмерной трикотажной кофты. Поверить невозможно — еще позавчера мы качали с ней пресс в спортзале и делали тягу.

— Кто здесь у нас отец? Забирайте принцессу!

Мужики переглядываются. Таша зеленеет. Мне так жаль ее! Так мучительно жаль… Надо было все же немного ее порасспрашивать, но когда? Родила Таша в ночь. А после я крутилась как белка в колесе, чтобы организовать выписку — ни минуты свободной не было.

— Я. Я отец! — вдруг доносится из-за наших спин.