Хотелось бы ему знать, что творится в ее голове!
— Матвей Павлович, — дверь директорского кабинета открылась, — мы только вас и ждем.
— Добрый день. — Напряженно ответил он.
— Входите. — Алина Витальевна шире распахнула дверь.
Профессор боялся оставлять Ольгу с Верой наедине, но другого выхода у него не было. Он вошел в кабинет.
— А это пятнышко чем-то даже похоже на бабочку. — Донеслось до него прежде, чем дверь закрылась. — Ты чем-то больна или такой родилась?
О, Боже…
— Добрый день, присаживайтесь. — Указала на кресло грузная женщина лет пятидесяти.
Очевидно, директриса. — Меня зовут Марина Дмитриевна. А это Кристина Борисовна — педагог вашей дочери по английскому языку.
И только в этот момент Озеров заметил сидящую слева на стуле кудрявую худощавую женщину лет сорока в узких, старомодных очках.
— Здравствуйте. — Поздоровался он.
— Собственно говоря, по ее просьбе мы и собрались здесь с вами.
— Внимательно слушаю.
— Расскажите, Кристина Борисовна. — Приказала директриса и принялась крутить в руках шариковую ручку.
— Матвей Павлович. — Заерзала на стуле преподаватель. Поправила очки и виновато улыбнулась. — Дело в том, что с вашей дочерью очень трудно найти общий язык. Она отказывается выполнять задания, спорит и даже хамит.
— Мы точно сейчас о Вере говорим? — Кашлянул Озеров.
Еще вчера первой реакцией девочки на стресс было желание закрыться ото всех, а теперь про нее говорили, что она хамит. Немыслимо!
— Я пыталась с ней говорить. Не единожды. Пыталась решить конфликт своими силами, но все стало только хуже.
— Женщина поправила очки. — Сегодня Вера поспорила со мной по поводу произношения. Я попыталась объяснить ей различие между британским и американским английским, но всё это вылилось в то, что она отказалась выходить к доске и отвечать устно. Ей кажется, что она знает материал лучше учителя, и это меня очень беспокоит! После моей попытки заставить ее задержаться после уроков, Вера швырнула в меня учебником и закричала: «Отстань уже от меня!».
Вы понимаете, что такое поведение совершенно не приемлемо?
У Озерова пересохло в горле. Он повернулся к классному руководителю, но та лишь развела руками, подтверждая правдивость сказанного.
— Я понимаю, что Вера погорячилась. — Начал он. Мужчина расправил плечи, нахмурился и посмотрел на учителя английского. — Но и вы должны понять. У девочки математический склад ума, гуманитарные науки и языки даются ей нелегко. Поэтому мы наняли ей репетитора.
