Один на один с Драконом (СИ)

«Что хотела она сказать, написав это послание? О чём думала в последние минуты на чуждой планете?» Ему тоже захотелось вырезать послание, оставить хоть какой-то след, пусть даже землянка никогда его не прочтёт. Дракон достал нож и принялся бессознательно выводить убористые иероглифы: «Здесь был Кай Вириди, пилот сто первой эскадры звёздного флота». Он остановился, не зная, что следует поведать дальше.

«Предостеречь случайного путника, заброшенного судьбой в это место?»

Кай опустил нож, задумался.

— Если ты читаешь это, я либо жив, либо мёртв, — проговорил он про себя.

«Не годится, — тут же понял дракон. — Пока гипотетический пришелец окажется здесь, пройдёт не один десяток лет, а может, минут сотни. Я буду мёртв, даже если выживу сейчас».

Снова вернулась злость на Анну, всколыхнулась обида за то, что оставила его. Она открыла другой мир, иную суть существования, а после бросила.

Дракону вдруг захотелось излить душу в коротких строчках, выместить всю историю своей боли и одиночества.

Кай перехватил поудобнее нож и продолжил: «Всё, во что я верил, забрала женщина с Земли. Враг мой навсегда в сердце». А после нацарапал дату: ту, что высчитал по последним зарубкам.

Пятнадцать лет спустя

Я говорила, кажется, несколько часов. В горле пересохло, а за окном стемнело. Мой пересказ событий далёких лет облегчил ношу. «Но поймут ли дети?»

Максим, сам того не замечая, сжал подлокотник так, что лакированное дерево треснуло. «Сильный, слишком сильный, — подумалось мне. — Как его отец».

Пока я дрожащей рукой подносила к губам стакан воды, Алиса спросила:

— Мама, чьи это были кости? Он погиб, да?

Глаза её были влажными, юное лицо выражало ужас.

Сделав несколько торопливых глотков, я ответила:

Алиса прижалась к брату. Они теснились вдвоём на маленькой софе напротив меня, темноволосые и черноглазые, невероятно похожие на Кая.

Никто не зажёг свет. В вечерних сумерках воцарилась пугающая тишина. Я не знала, как закончить свой рассказ, как ещё подробнее объяснить всё, что случилось со мной.

— Значит, он наш отец? — грубо спросил Максим. — Ящерица?

Я кивнула и поправила его:

Сын хотел ещё что-то сказать, но Алиса перебила его:

— Думаю, он сумел наладить связь и вернулся домой, — ответила я, хотя не знала наверняка, но очень сильно хотела в это верить.

— Думаешь? — возмутился Максим.

— Уверена, он жив, — слукавила я.

Двое подростков смотрели на меня. А я, так бойко начинавшая говорить, теперь растерялась.