Один на один с Драконом (СИ)

Проведя ладонью по песку, я с горечью подумала: «А если бы осталась? Дожди прошли, и мы могли бы лежать вот здесь, на песке, только вдвоём, одни на целом свете». Вслед за этой мыслью пришла другая: «Едва ли Алиса и Максим смогли бы появиться здесь на свет».

— Куда теперь? — уточнил Вадим.

— Давай вдоль берега проедем.

— Так и думал, — обречённо произнёс мужчина.

Береговой рельеф был слишком неровным, потому решили, что я пойду пешком, а Вадим медленно поедет в отдалении.

Берег то и дело прерывался буйными зарослями, приходилось обходить их.

Фонарь высвечивал лишь воду, песок и лес.

— Кай! Кай! — звала я.

В ответ только тишина.

Ночь скрывала окружающий пейзаж в тенях, мешала рассмотреть что-либо дальше, чем на пару метров. Вдалеке, меж зарослей леса, ярко светились фары вездехода. Я шарила фонарём по кустам, надеясь найти хоть что-то.

Идти по песку становилось всё тяжелее. Ноги увязали, темнота давила чувством безысходности. Я держалась лишь из чистого упрямства.

Неожиданно река изогнулась, расширилась, образуя тихую заводь.

Здесь почти не было течения. Звёздное небо смутно отражалось в воде. Я потушила фонарь, чтобы рассмотреть завораживающий пейзаж.

— Ань! Что у тебя? Всё нормально? — крикнул Вадим, стоило погаснуть лучу фонаря.

— Нормально, — проорала в ответ. — Глуши мотор.

Мне почему-то показалось, что, будь я на месте Кая, выбрала бы это место для жилья. Спокойная заводь без быстрого течения, широкий, полукруглый пляж, отчасти скрытый зарослями, днём, должно быть, лес просматривается далеко вперёд — удобно.

По неведомой причине я чувствовала: место именно то. Сердце болезненно сжалось.

— Кай! Кай! — снова позвала я.

Ничего, только звуки шагов Вадима.

Я упрямо пошла вперёд, включила фонарь. Узкий луч света выхватил из мрака огромное дерево и странный холмик за ним. Я побежала. В темноте чудилось всякое: будто это дракон лежит на песке, свернувшись калачиком.

Когда до дерева оставалось несколько метров, я разглядела поодаль подобие шалаша.

Остановилась. Сердце стучало так, что, казалось, вот-вот выпрыгнет наружу. Издалека было понятно, что в шалаше давно никто не живёт. Ветки покосились. Стены самодельного укрытия сорвало. А там, где они уцелели, кожистая растительная ткань съёжилась и обгорела на солнце.

Сделав пару шагов, опёрлась о дерево. Голова закружилась, ноги разом ослабели. Стало жутко от мысли, что сейчас найду Кая мёртвым.

Позади раздавались шаги Вадима. Он что-то говорил.