Одна из тридцати пяти (СИ)

Еще никогда не чувствовала жгучую тугую боль в животе от его близости. Никогда не жаждала так сильно и беспутно познать то, что мог дать он, Райт Берингер.

Его губы двигались неторопливо, вытягивая из меня здравый смысл по крупице. Страх уступил место удивлению, желанию почувствовать то новое, что так любезно преподнес мне этот мужчина — страсть, удовольствие. А ведь мне нравились — ох, как нравились — его попытки быть нежным, когда он сам был взведен до предела. Я слышала удары его сердца, ощущала сокрытое нетерпение в каждом его вдохе.

— Ваше сиятельство, — раздался голос за дверью, а затем и стук. — Прибыл отряд Девилля.

Райт упрямо игнорировал своего помощника. Мы все еще лежали на полу, и теперь я поняла — как. Рука мужчины плотно сжимала в кулаке мои волосы, другая скользила по моей шее. Райт, большой и тяжелый, навис сверху.

— Ваше сиятельство, у Девилля срочное донесение!

— Пусть катиться к дьяволу… — хрипло прошептал советник, разглядывая мое лицо. В моем взгляде, кричащем о продолжении, он прочел то, что заставило его издать короткий мужской стон.

И вместе с тем мы оба понимали, что не пройдет и секунды, как Райт уйдет.

— Подождешь меня? — спросил он.

Я плавилась под этим взглядом, и вместе с тем понимала, что этот человек, в руках которого сосредоточена вся сила Хегея, подвластен лишь одному — желанию завладеть мной.

— Здесь?

— Где угодно, — произнес, склоняясь к моим губам, замирая, едва сдерживая новый порыв, — только скажи где.

— Я… — язык не поворачивался озвучить то, о чем давно кричали глаза.

— Ты ведь давно поняла, что я сделаю для тебя все, что угодно, — прошептал, лаская подушечкой большого пальца мои губы. — Только прикажи.

— Но…

— Нет никаких «но», теперь уже нет. После того, что я видел…

— Видел? — робко переспросила, чудовищно покраснев.

— В твоих глазах, Джина.

— Но… — снова пролепетала, осознавая смущающую и безумно волнительную правду, — я не могу быть с вами… я еще никогда…

Я еще никогда с таким желанием не хотела отдаться мужчине.

В дверь снова постучали — уже настороженно и бойко.

— Милорд?! — голос Саргола был по-прежнему беспристрастно-вежливым.

Райт поставил руки по обе стороны от моей головы, и сказал довольно самоуверенно:

— Поцелуй меня.

— Ч-что?

— Ты знаешь, что я хочу намного больше. И, не смотря на твою невинность, понимаешь, что именно. Но я готов подождать, Джина.