Одна минута и вся жизнь

Тебя придержат для меня на потом — мало ли, может, ты шутник или виртуозный лжец, таких, говорят, детектор не берет. А может, просто пристрелю тебя. Я не знаю, честно. Мало ли чего мне захочется, но попробовать стоит.

— Наконец догадался! Так ты мне скажешь?

— Хорошо. Это бывший детский лагерь недалеко от Стрельны, знаешь?

— Ты не попадешь туда. Там охрана.

— Исчерпывающий ответ. — Дана в задумчивости смотрит на своего пленника. Оставлять его в живых глупо, убивать не с руки — что потом делать с трупом?

Ее размышления прерываются звуком открывающейся входной двери.

Дана прижимается к стене за дверью в комнату.

«Кто это может быть? Либо напарник этого олигофрена, либо любопытный сосед, либо… Кто угодно».

Дана целится в сидящего мужчину. Их глаза встречаются, и он понимает, что при первой же опасности она сначала пристрелит его, а потом примется за того, кто войдет.

Дана ждет. Шаги ближе, еще ближе. Вот открывается дверь, и человек входит. Дана бьет его по голове рукояткой пистолета, и он падает на пол.

Дана подходит к нему, поворачивает его на спину и обреченно вздыхает. Перед ней на ковре вальяжно развалился Виталька. Дана злорадно усмехается. Поделом ему, не надо лезть не в свои дела.

— Не твое собачье дело. — Она раздраженно хмыкает. — Тоже мне, рыцарь Круглого стола! Получил по черепу — и этого еще мало.

Виталька медленно приходит в себя. Вот дрогнули его густые ресницы, он открыл глаза, и Дана мысленно улыбнулась. Ей вдруг вспомнилась их безумная ночь в розовой комнате.

— С прибытием.

 — Она смотрит на него, не отрываясь. — Извини, но именно тебя я не ожидала.

— Моему долготерпению позавидовал бы любой буддийский монах. — Виталий сел, держась за голову. — А это еще кто?

— Киллер. — Дана устало опускается в кресло. — Пришел за документами и за моим скальпом. Заметь, я даже не спрашиваю, как ты здесь оказался. Мне это уже не интересно. У меня есть план.

— Вот как? — Виталий испытующе смотрит на нее. — У тебя имеется еще один план? Похоже, Данка, ты просто переполнена разнообразными проектами.

Знаешь, у меня тоже есть один. И он состоит в том, что я увезу тебя домой, и это сумасшествие прекратится.

— Нет. Партию надо доиграть до конца. Я влезла в дерьмо, и оно так просто меня не отпустит. Ты ведь и сам это знаешь. Поэтому сделаем по-моему.

— Хорошо. — Виталий смотрит ей в глаза, и Дана краснеет. Она знает, что он тоже помнит о той их ночи. — Ты снова уперлась, спорить бесполезно. Так и быть, сделаем по-твоему.

— Тогда звони Косте.