Однажды в Мидлшире

Пару дней назад я тоже принял ее за призрака. – Тут он понизил голос: – Испугался до чертиков. Только никому не говори.

Они пошли рядом. Грета семенила позади.

– Значит, тут привидений нет? – спросил Джо.

– Ну, ведь это очень старый замок, правда?.. Кстати, если не ошибаюсь, твоя мама только что вернулась. Думаю, скоро она за тобой зайдет и расскажет новости.

Виктор открыл глаза и не сразу понял, где находится. Над ним был деревянный потолок с толстыми балками. С балок свисали бумажные снежинки и блестящие пушистые гирлянды.

Он лежал на стареньком диване среди подушек, укрытый мягким шерстяным одеялом, и утреннее солнце омывало его лицо. Где-то тикали часы. В тишине их звук походил на робкие шаги по хрустящему снегу.

Конечно. Сьюзан. Он заснул у Сьюзан.

Вчерашний день вернулся и рухнул на него всей тяжестью. Виктор зажмурился и внутренне застонал.

Ему досталось ото всех. Дропс, разговаривая с ним, перепрыгнул фазу вулкана и перешел к холодной, трезвой ярости. Он не прибегал к прямым оскорблениям, но этого и не требовалось.

Главный редактор «Мидлшир-таймс» был способен публично выпороть человека, находясь с ним наедине, по разные стороны стола, и не повышая голоса.

Виктор самовольно и без предупреждения ушел из редакции. Не закончил свою работу, не сдал вовремя материал. Побежал делиться непроверенной информацией, и не с кем-то, а с одним из героев расследования.

Это было не самым худшим. Когда казалось, что поток иссяк и можно попытаться что-то сказать в свое оправдание, Дропс пришпилил его к стулу и лишил слов.

– Это не ваша история, Виктор. Это история Сьюзан. Вы решили ей помочь, пожалуйста, я не против. У нас все друг другу помогают, если это не вредит основной работе. Но то, что сделали вы, – это не помощь. Вы просто забрали ее историю себе. Да, вы сделали это неосознанно и Сьюзан на вас не обидится. Она слишком добрая девочка и настолько боится своего таланта, что даже не поймет, на что здесь обижаться. И скорее всего, решит, что так и должно быть.

Но вы, Виктор. Вы писатель и сын писателя и должны понимать, что значит забрать себе чужое. Вы не думали об этом в моменте, так подумайте сейчас. Мир не вертится вокруг вас.

Виктор вернулся на свое место и долго смотрел на незаконченный текст на экране. Менди взглянула на него только раз, без всякого выражения, и уткнулась в свой ноутбук. Виктору ничего не оставалось, как уйти с головой в работу. Уши у него горели.

Дома было не лучше.