После того как оба члена парткома подписали протокол заседания, Белкин вызвал к себе коммуниста Кузнецову Веру и велел ей занести товарищу Новикову новый партбилет. Что она и выполнила с большим удовольствием, потому что «змея-Надька вцепилась в Кирилла точно клещ, а ведь ни кожи, ни рожи!..»
12
— Да что вы можете знать о вредителях!
Лаврентий Павлович Берия в разговоре с МичуринымМосква, АБТУ РККА
В Автобронетанковое управление РККА Берия прибыл ровно к десяти ноль-ноль. И был неприятно удивлен: вызванные на совещание конструкторы бестолково толпились в приемной начальника АБТУ Бокиса, а замотанный дежурный капитан устало повторял:
— Товарищи, товарищи! Товарищ комдив задерживается, подождите.
Подождите, я говорю! Ну, вот присядьте, подождите…
Тут он соизволил заметить Берию, но из-за того, что тот, по своему обыкновению, был в штатском костюме, принял его за очередного конструктора. Он открыл папку и повел карандашом по списку, одновременно бормоча:
— Фамилия? Придется подождать: товарищ комдив задерживается…
— Фамилия — Берия, — сообщил Лаврентий Павлович любезно.
— Мы пока начнем, а когда товарищ комбриг прибудет, проведите его к нам.
— Какой комбриг? — обалдело спросил капитан.
— Комбриг Бокис,[71] — столь же любезно пояснил Берия и, распахнув двери кабинета, повернулся к конструкторам: — Прошу, товарищи, заходите.
— Он, товарищ нарком, комдив, — пискнул капитан. — Комдив, а не комбриг…
— Вы, капитан, не в курсе, — лучезарно улыбнулся Берия. — Уже комбриг. А не появится в течение пятнадцати минут, то — полковник.
Войдя в кабинет и прикрыв за собой двери, Лаврентий Павлович прошел на председательское место и, усевшись в кресло, произнес:
— Начнем, товарищи, время дорого. Первыми я бы хотел послушать товарищей Барыкова[72] и Гинзбурга.[73] Прошу.
Названные поднялись и вышли на середину кабинета.
— Сейчас у нас в производстве, — начал Барыков, — следующие марки бронетанковой техники: легкие танки Т-26, а также специальные машины на их основе: ОТ-130.[74] Средние танки Т-28 и многобашенный танк прорыва Т-35…"
"В этот момент открылись двери кабинета и вошли еще несколько человек.
Собравшиеся хорошо знали этих людей: артиллерийский конструктор Грабин, еще один артиллерист — Петров с Мотовилихи, но больше всего поразил третий человек — осунувшийся, плохо выбритый, в костюме явно с чужого плеча. Это был конструктор Сячинтов, арестованный в конце прошлого года и, наверное, так и не выпущенный — недаром рядом с ним стояли двое бойцов ГБ.
