Его присутствие успокаивало, и она заснула снова, прижавшись лицом к его плечу.
После полудня наконец поплыли дальше.
А в Ладоге еще не скоро заметили, что Дивляны нет дома. Лежащего без памяти Велема довольно быстро подобрали Нежата и Сокол и отнесли в дом. Поскольку он тоже был на пиру и там хлебнул медовухи и браги на сосновых побегах, парни, учуяв знакомый запах, решили, что воеводин сын до беспамятства пьян. Посмеиваясь, они сдали его на руки Молчане и Грачу, который и сам был не слишком трезв, а те сняли с Велема пояс и черевьи, уложили на гульбище среди мешков, накрыли овчиной и поставили рядом большой ковшик с водой: проснется — сразу пить захочет.
Очнулся Велем поздно и сквозь шум в голове далеко не сразу вспомнил, что было вчера. Что-то такое с Дивляной… Вроде встретил ее где-то во дворе, куда-то она шла, о чем-то просила… Велем почесался и взвыл, задев свежую шишку на затылке. Куда-то она шла, говорила, что скоро вернется… и кто-то еще там был…
Обнаружив рядом ковшик с водой — собственной работы, с ящеровой головой на ручке, — Велем очень обрадовался и мысленно поблагодарил заботливых домочадцев.
Шум в голове понемногу отступал, в глазах яснело. Сходив к реке и умывшись, он почти пришел в себя от свежего воздуха и холодной воды, как вдруг почувствовал тревогу.
— Эй! — Пройдя через сени, Велем стукнул кулаком в дверь истобки. — Проснулись?
— Чего тебе, сынок? — Из-за двери высунулась Молчана. — Ты как? Болит головушка?
— Да нет! — Велем поморщился.
Он не так уж сильно вчера набрался, и на похмелье его состояние похоже не было. — Дивляна где?
— Спит еще.
— Спит?
— Спит, а чего такого?
— Ты видела?
— А чего же не видеть? — Молчана в недоумении развела руками. — Глаз у меня нет, что ли?
Она и правда, пока вставала и одевалась, видела на обычном месте Дивляны кого-то под одеялом. Рядом лежала одежда Домагостевой средней дочери, а то, что место Тепляны было пусто и ее одежды не было, женщину не насторожило: она решила, что дочь, которую она обыкновенно будила на заре, сегодня проснулась сама и уже ушла в хлев.
— А-а, — протянул Велем. — Ну ладно, если спит.
— Что, нужна? Отец зовет?
— Да нет вроде. Это я так.
Велем потер лоб и пошел во двор. Что же он не помнит, чем вчера все кончилось, неужели до того набрался? Эдак однажды проснется и не вспомнит, как самого зовут.
Пора было завтракать, а Дивляна все не выходила. Милорада звала ее снизу, и Молчана наконец пошла будить.
