После этого группа морских пехотинцев в бронежилетах, с оружием наготове, перепрыгивала на палубу английского корабля, команда которого стояла под прицелом пулеметов. Первый вопрос всегда был один и тот же – кто капитан? После выяснения озвучивали приказ:
– Господин капитан, оставайтесь со своими людьми на борту и не пытайтесь нам мешать. В этом случае с вами ничего не случится. Все имеющееся оружие сдать. Охрана, которая вами командовала, переводится в разряд военнопленных, и никаких приказов отдавать вам больше не может.
Если у вас недостаточно провизии и воды, мы вас снабдим. Ваш корабль объявляется призом, но к команде у нас никаких претензий нет. Все невыплаченное жалованье будет выплачено полностью после того, как мы закончим все на берегу. Но не пытайтесь сбежать. В этом случае корабль будет уничтожен вместе со всеми находящимися на нем людьми. Спасать мы никого не будем. Вам все понятно?
– В таком случае, надеемся на ваше благоразумие… Похожие диалоги происходили на всех кораблях в незначительных вариациях.
Экипажи «купцов», да и солдаты охраны, не горели желанием воевать после того, что увидели. Впрочем, без эксцессов и на этот раз не обошлось. После того, как «разъяснительная беседа» заканчивалась, все имеющееся оружие – как огнестрельное, так и холодное – изымалось, и «Ягуар» с «Кугуаром» отходили от борта корабля, направляясь к следующему, дальнейшие события разворачивались по-разному. Иногда люди искренне радовались тому, что беда миновала. Иногда хмуро смотрели вслед, но открыто неприязни не выражали.
Но иногда на палубе разворачивалось настоящее побоище. Моряки, пользуясь своим численным преимуществом, начинали бить английских солдат. Либо всех, либо только одного. Очевидно – бывшее начальство. Видать, достали. А на двух кораблях собственное бывшее начальство стали бить сами солдаты при молчаливом одобрении моряков. Экипажи тринидадских фрегатов в эти разборки не вмешивались. Чем меньше будет напряженность в командах стоящих на рейде трофеев, тем лучше.
На берегу же события разворачивались не менее драматично.
После начала обстрела форта «Тезеем» поступил приказ открыть огонь артиллерии десанта. Орудия, поставленные на прямую наводку, первым же залпом накрыли английские батареи. Там началась паника. Англичане явно не ожидали такой дальнобойности и точности стрельбы. Кое-где раздались ответные выстрелы, но стрельба с такой дистанции велась навесом, и ядра в цель не попали. А перезарядить пушки для второго залпа англичане уже не смогли.
