Огневица

– Напиваться в Нави – последнее, чего бы мне хотелось, – Храбр покачал головой и первым пошел к облюбованной полянке.

Но не успели они расположиться поудобнее, как из-за деревьев за их спиной донесся перезвон девичьего смеха. Даромир вскинул голову, раздувая ноздри и вглядываясь в темноту. Ему показалось, что там мелькнуло что-то светлое, но как он ни присматривался, больше увидеть ничего не удалось.

Смех раздался снова, теперь уже с другой стороны. Храбр встал рядом с приятелем, так же напряженно всматриваясь в лесную чащу.

Стволы деревьев чуть серебрились, словно покрытые инеем. Чем дальше от поляны они росли, тем теснее сдвигались стволы. Храбр подошел поближе и встал там, где заканчивался шелковистый зеленый ковер и начинался седой мох. Носки его сапог едва не касались невидимой границы. Уловив какое-то шевеление, Храбр знаком подозвал шехха. Даромир настороженно прислушивался, пытаясь уловить легкие шаги, но все, что обитатели Чащи дозволили ему услышать, был лишь смех.

– Как думаешь, кто это? – шепотом спросил Храбр.

Там, в глубине леса, двигались тени. Чем дольше бродяжники смотрели в него, тем больше начинали различать. Очертания кустов и низко склонившихся веток. Мелькание желтых огоньков в переплетении серости – то ли светляков, то ли чьих-то глаз. Крупные мохнатые тени стаей пронеслись мимо, чудом ввинчиваясь в промежутки между стволов, и до людей снова донесся смех – на сей раз дикий гогот, от которого кровь стыла в жилах.

– Да тут живности поболее, чем в обычном лесу будет, – шепнул Храбр.

Вдруг словно из-под земли перед ним возникла девушка. Ее глаза были непроницаемо черны. Две темные косы змеились по груди и спускались до бедер. Девушка прижалась к границе, которая отделяла людей от Серой Чащи, и черты ее тела отчетливо проступили сквозь тонкую рубаху, не скрывающую почти ничего.

– Чтоб тебя!.. – Храбр отшатнулся от неожиданности. Выругался еще раз, и его рука скользнула к топорику, висевшему на поясе.

Мавка ползала по незримой преграде, ощупывая ее мертвенно-белыми ладонями. Даромир, поначалу так же, как и Храбр, шарахнувшийся назад, первым совладал с собой и подошел поближе. Шехх встал напротив мавки, внимательно ее разглядывая. Навья тварь подняла голову и расплылась в улыбке, обнажив мелкие острые зубки. Раздалось шипение – она тихонько смеялась. А потом пальчиком поманила шехха за собой.