Однако вскоре он понял, что живыми их выпускать из заведения никто не собирается. Пострадавших оттаскивали назад, их места занимали другие аборигены, несколько женщин забрались на стулья и стойку бара, чтобы лучше видеть. С подиума смотрели танцовщицы, так и не закончившие свой номер.
Острие мачете царапнуло щеку, по лицу побежала кровь, и Сандерс почувствовал, что звереет. Пропуская свистящий удар, он пригнулся и ответным движением вспорол ляжку оборванцу с толстой цепью в руке. Краем глаза Дик заметил, что бармен целится в него из арбалета, и понял, что пора уносить ноги…
Глидер пошел вдоль Восточной башни, заложил вираж и плюхнулся на площадку перед застекленным фасадом ресторана.
Мастерства водителю явно не хватало, несмотря на почтенный возраст, но зато он брал напором — глидер втиснулся между припаркованных на площадке машин, едва не разбив сразу несколько.
— Вот и посидеть можно, и поговорить, — прошамкал дед, вылезая из машины и направляясь к ресторану.
Швейцар кисло покосился на деда, но Сандерс сделал знак, что он с ними.
Тогда швейцар так же подозрительно воззрился на его порванную одежду и рассеченную щеку.
— Столик возле окна, — сунув ему в руку купюру, шепнул Сандерс.
Швейцар пошептался с метрдотелем и проводил их за столик, с которого открывался вид на Нижний город.
Дед сразу схватил толстое меню и зашуршал страницами.
— Так, чем угощаться будем? — спросил он сам себя и, как бы вспомнив, взглянул на Дика и Полубоя, — у вас деньги-то есть? Информация, она, того, дорого стоит.
— Есть деньги, есть, — успокоил его Полубой. Напарники тоже проголодались и потому не отставали от добровольного гида, заказывая еду.
— Так в чем проблема? — спросил водитель, хитро прищурившись.
— Видишь, какое дело, отец… — начал Полубой, но получил под столом ногой по щиколотке и замолчал.
— Спросили мы кое-что в «Садах наслаждений», — негромко произнес Сандерс, — да, видимо, не ко времени попали. Едва ноги унесли. Прямо сумасшедший дом.
— Так-так… сейчас соображу, — прошепелявил дед, — а вопрос ваш был таков: как отыскать в развалинах человечка нужного.
Ну задолжал он вам или от полиции скрывается. Так?
— Точно, — восхитился Сандерс.
— На лету ловишь, отец, — поддакнул ему Полубой.
— Так вы, голуби, не с того конца взялись, — дед откинулся на стуле, самодовольно поглядев на них, — на таких вопросах много шустрых ребят погорело. И из полиции, и частных сыщиков, и охотников за головами. Не вам чета были, а сгинули, как и не было.
