Так что, пойдете на «сквознячок»?
— Мы подумаем, — сказал Полубой.
Дедок кивнул, будто услышал, что хотел, небрежно попрощался, поднялся из-за стола и вышел из ресторана. В окно они видели, как его глидер, царапнув таки борт соседней машины, нырнул вниз с площадки.
— Ну и что? — спросил Сандерс, небрежно поигрывая ложечкой в кофейной чашке.
— Как что? У нас есть выбор? — удивленно взглянул на него Полубой.
Кровопийца Смольник сидел в конторе, неторопливо подчитывая, сколько ему принесла победа «скорпиона» над «пауками» в последнем бою.
Кровопийцей его прозвали клиенты, но он не обижался. Подумаешь, ну забыли, что его зовут Натан, так что? Лишь бы дорогу в контору не забыли. По идее он не должен был принимать ставки на схватки модификантов из сектора ван Хонка, но ведь люди просят. Деньги несут, и у каждого в глазах горит надежда: в этот раз я отыграю все, я стану богатым, счастливым, здоровым и уважаемым. Сколько таких прошло через эту контору, сколько вышли, глядя перед собой слепыми от безнадежности глазами, сколько орали здесь, требуя назад свои деньги.
А один даже сиганул в окно. Семнадцатый этаж, стекло тонированное, по пятьдесят монет за квадратный фут. Не мог из приемной прыгнуть, идиот…
Дверь распахнулась, ударившись о стену. Смольник привычно сунул руку под стол, где у него на специальной полочке лежал заряженный арбалет. Ванадиевая тетива, ложе красного дерева, никелированный механизм, фирма «Робин Гуд» производит такие только по заказу. Осечек не бывает. Семьдесят три монеты штука.
Кровопийца поднял глаза и расслабился. В дверях, тяжело дыша и прижимая руку к сердцу, стоял Микки Вайсберг, по кличке «Сегодня я выиграю».
— Ты что, пешком поднимался? — участливо спросил Смольник.
— Последние три этажа, — подтвердил Микки, — какие-то уроды киберлифтеру башку проломили, так он выше четырнадцатого не везет.
— Ай-ай-яй, — огорчился Смольник, будто не он сам неделю назад огрел кибера битой по голове. Кто знает, может, пройдя последние три этажа пешком неудачники будут хоть немного поспокойнее? — Ты по делу или проведать?
— Чего тебя проведывать, — проворчал Микки, усаживаясь на стул и доставая мятую пачку денег, — ставлю двести пятьдесят на «сквознячок».
— Он бросил деньги на стол и потер щетинистую щеку.
— На кого? — полюбопытствовал Кровопийца, пересчитывая деньги.
— Два парня сегодня или завтра пойдут. Серьезные ребята, похоже. Один такой здоровый, как шкаф, с усами, а другой смазливый, смуглый. Щека у него рассечена.
