Одновременный залп «тарантулов» завяз в силовом поле корвета, вызвав мгновенную радужную вспышку, и тотчас корабли усилили огонь. «Глория» теперь содрогалась непрерывно, будто ее хлестали огромными невидимыми кнутами, как норовистую лошадь, сбросившую седока.
— Они вызывают нас, сэр, — доложил первый помощник.
Мерсерон смерил его взглядом.
— Застегнитесь, Петреску, вы на мостике, а не на прогулке с девочкой, — капитан повернулся к экрану связи, — соединяйте.
Экран остался темным, Мерсерон недоуменно приподнял бровь, но в эту минуту зазвучал голос, говоривший на стар-инглиш с сильным акцентом.
Сандерс попытался определить национальность говорившего — он явно раньше слышал этот акцент, с растянутыми гласными. Голос был мягкий, как прикосновение шелка к коже. Он будто извинялся за то, что говорил неприятные вещи.
— Капитан, будьте благоразумны. Прекратите огонь и приготовьтесь принять абордажную группу. Мы не сделаем пассажирам и команде ничего плохого, не усугубляйте ваше положение бессмысленным сопротивлением.
— Я не привык разговаривать с невидимым собеседником, — Мерсерон говорил не спеша, явно пытаясь тянуть время, — назовитесь и определите вашу принадлежность…
— Не вам ставить условия, капитан. Прекратите огонь, в противном случае я не могу гарантировать сохранность вашего корабля и экипажа. Наши орудия работали на половинной мощности. Даю вам три минуты.
Мерсерон стукнул кулаком по подлокотнику. На щеках заиграли желваки, слышно было, как он скрипнул зубами.
— Мы можем разбить абордажные боты на подходе. «Единороги»… — начал второй помощник.
— И тогда они расстреляют нас, как в тире, — оборвал его Петреску, — сэр, я считаю, что надо принять их условия. Пусть выгребают корабельную кассу и побрякушки пассажиров. Даже если они выкинут нас в спасательных капсулах и заберут яхту, через час нас подберет «Ганимед».
— Я никогда еще не спускал флага, — проскрипел Мерсерон, — не будет этого и сегодня.
— Я не уверен, что это пираты. Слишком уж согласованно повреждение двигателей сопровождающего нас фрегата и нападение. Боюсь, их цель не деньги и не корабль, а кто-то, находящийся на борту яхты. В таком случае они не оставят свидетелей, — поддержал капитана Сандерс, и в тот же момент его бросило на пульт перед капитанским креслом.
В рубке мигнул свет, половина экранов погасла. Капитан злобно выругался и переключил монитор на контроль повреждений.
