— А расскажи мне, Фима, откуда ты взял продавца на тот ресторан, который ты мне предложил осенью?
— Так это, знакомый предложил, ну, ты знаешь, Владимир Сергеевич, у меня таких денег нет, я вот тебе, можно сказать, самое лучшее готов отдать.
Шустов ерзал на кресле, краснел, потел.
— Ты чего так нервничаешь? Или я помешал чему? У тебя свидание?
Приборов и посуды на столе было на одну персону, но скатерть напротив смята, а у небольшой вазы с живыми цветами лежали мужские часы. Посмотрел за Фимино плечо, через два столика сидел парень, склонив голову, копался в телефоне.
Да, вот так и становишься неловким свидетелем чужих слабостей. Не думал, что Шустов гей, а еще спрашивал меня, трахаю ли я свою секретаршу.
— Так ты про Котова хотел знать?
— Да, рассказывай, — Ефим, конечно, странный, но уже черт с ним, у меня свой интерес.
— Года три назад познакомились, приличный мужик, симпатичный такой.
— Вот давай без впечатлений."
"— Да, — Фима потер руки, вновь поправил платок, хотел оглянуться, но передумал.
— Он приносил очень интересные антикварные вещи, книги старинные, керамику, была гравюра, я покупал — все по высокой цене, естественно. А в начале осени он мне предложил купить помещение почти в центре, старинный дом, отличная база для офиса — да для любого заведения, да еще с действующим рестораном. Цена меня удивила, хотел себе оставить, но тебе, Владимир Сергеевич, как мною глубокоуважаемому человеку, отдал от чистого сердца.
Вот же дерьмо какое этот Славка Котов, за спиной жены таскал антиквариат, который ему не принадлежал, естественно, а потом решил играть по-крупному: сорвать куш, зная, что Женя никуда не побежит, не станет заявлять в полицию.
— Заливаешь ты соловьем, Фима.
— Да вот тебе крест, — Шустов нелепо перекрестился, выпучил глаза.
— А завод тебе мой, для чего был нужен? Ты ведь его хотел взамен отличного по цене помещения?
— Как сказать-то?
— Да говори как есть, я сегодня добрый пока.
— Ты ведь знаешь, я особо люблю оружие времен второй мировой, так на том месте, где завод, построенный в позапрошлом веке еще, во время войны были жестокие сражения.
Когда немцы оккупировали территорию, там у них был склад и штаб, а когда отходили, все закопали в катакомбах и лабиринтах.
— Как интересно. Да там уже все местные и черные копатели разворовали, думаешь, что-то осталось?
— Если бы я не был уверен, то не просил бы продать, — Фима выдохнул, расслабился, откинулся на спинку кресла.
